b000000444

164 А. Г. ГОРНФЕЛЬД. участия не принимает». Еще бы! Сотрудник журнала, Жан Сало, француз, пишущий о русской поэзии, сооб- щает для успокоѳния читателей, что «Эренбург бросил кликушество». Очевидно, экспертиза Жана Сало не ка- жется издательству «Скифы» вполне убедительной: пусть этот француз компетентен в новейшей русской поэзии — но в психиатриЕ? И затем: если Эренбург бросил кли- кушество, то какой-же он редактор для «Вещи». Все это, конечно, шутки: шутки Жана Сало, шутки издательства «Скифы». Нпкогда ни в малой стеаени Эренбург кликушей не был. Он вполне рассудительный человек, очень неглупый писатель, талаитливый поэт и белдетрист и по существу эклектик. Он только плохой теоретик, беспомощный в осмыслении того, что ему нра- вится, и мало осведомленный в том, о чем ему, по должиости теоретика новой шкоды, приходится писать. Если манпфест нового журнала написан им, то это очень печально: эта каша из банальностей и пустяков недо- стойна его редакторского авторитета. Здесь — па трех языках — объявляется, что «в течении форм есть законы связи, и классические ооразцы не страшны современным мастерам. У Пушкина и Пуссена можно учиться — пс реставрации умерпмх форм, а непредожным законам ясности, акономики, закономерности»; здесь провозгла- шается: «основной чертой современности мы почитаем торжество копструктивного метода. Мы видим его и в новой экоіюмике, и в развитии индустрии, и в психо- логии современников, и в искусстве». Это было бы не плохо, если бы было верно или не верно. Но так как немыслимо, чтобы авторы манифеста не знали, что вне