b000000442

180 РУИСБГЕКЪ ИЛИ Р>БІ'.ѴКВИСЪ очеиь вкуснаго сока (рисоваго вина). Во все время, пока они пили, Ханъ игралъ съ своимъ соколомъ, сидѣвшимъ у него на ру- кахт.; потомъ, посмогрѣвь на нихъ долго и внимагельно, велѣлъ имъ сгать нередь собой на колѣии и сказать свою просьбу. Те- перь Рубруквисъ замѣтилъ ему, что оіш собственно посланы къ Сартаку, будто бы принявшему, no слухамъ, Христіяискую Вѣру, и но тому явились къ нему бсзъ подарковъ; опъ прибавилъ еще просьбу, чтобы имъ дозволеио было пожить въ его землѣ, но- камѣсть лучшая погода не дозволитъ имъ возвратиться домой. аКакъ солнце, гордо огвѣчалъ на это Мангу, иосылаетъ свои лу- чи во всѣ стороны, такъ и власгь наша съ Батыемъ простирает- ся по всѣмъ странамъ міра, и намъ не надобно ни вашего золо- та, ни серебра.» Послы не могли поиять, что говорилъ онъ даль- ше, по тому что толиачъ, дѣлавшій слишкомъ много чести кумы- су, которьш подавали ему, не въ состолніи былъ говорить, да< и самъ Ханъ выражался такъ несвязно, что показался имъ то- же нетрезвыаъ. Окончивъ свою рѣчь, онъ далъ имъ змакъ уда- литься, и велѣлъ потомъ извѣстить ихъ, что изъ состраданія поз- воляетъ имъ осгагься на два мѣсяца при его Дворѣ и велитъ ихъ снабжать всѣмь нужнымъ. Во все это время монахи съ большимъ соблазномъ наблюда- ли безстыдные обманы Несторіянскихъ Священниковъ; благодаря росказнямъ этѣхъ послѣднихъ, и дошло до Европы сказаніе объ обращеніи въ Христіянство Монгольскихъ вождей; вскорѣ убѣди- лись, что Великій Ханъ ни о чемъ не думалъ меньше, какъ о прииятіи Христіянской Вѣры, подобно прочимъ Татарамъ, при- страстился къ самому грубому суевѣрію и посѣщалъ храмъ, въ которомъ садился на золотомъ ложѣ, а жрецы съ иѣніемъ оку- ривали его. Въ продолженіе молитвы, жрецовъ и богомольцевъ тдкъ усердно угощали кумысомь, что они выходили изъ храма пьяные. Когда Ханъ приннмался за какое ни будь дѣло, важное или неважное, онъ старался напередъ увѣриться въ счастливомъ, или несчастномъ, исходѣ его слѣдующимъ образомъ. Размышляя объ этомъ дѣлѣ, онъ держалъ въ рукахъ три кости изъ перед- няго воловьяго колѣна, и потомъ отдаваль ихъ служителю, ко- торьш относилъ этѣ кости въ смежную съ Дворцомъ комнату и клалъ въ огонь. Когда онѣ обгарали дочерна, Ханъ прнказывалъ