b000000442

138 МУХАММЕДЪ ИВНЪ-БАТУТА. публично. Если онъ сдѣлаетъ какой ни будь достойный иаказанія ироступокъ, а потомъ бѣжитъ, портретъ сго разсылаютъ во всѣ области, и такимъ образомъ ловятъ его очень скоро. Ибиъ-Ба- тута первый посѣтилъ городъ Эль-Цайтунъ (Янг-чей-Фу), съ прек- раснѣйшею пристанью, какую онъ видалъ когда ни будь: въ неи на- ходилоеь до 100 очень красивыхъ джонокъ и безчисленное мно- жество меныпихъ судовъ. Сдѣсь проживало очень иного Араб- скихъ купцовъ, которые въ короткое время скопляли болынія богатства, прниимали очень гостепріимно всѣхъ Магометанъ и оказывали имъ всякое пособіе. За городомъ Цайтуномъ, по увѣ- ренію Китайцевъ, не было ни одного значительнаго мѣста, и отъ него до зеили Гогъ и Магогъ считалось 60 днеіі пути. Никто, впрочемъ, пе посѣщаетъ эту землю, по тому что ея дикіе жители поншраютъ всякаго, кого уснѣюгъ поймать. Ибнъ-Батута плылъ 10 дней вверхъ по одной большой рѣкѣ въ городъ Эль-Ханзу (можетъ быть, Кай-Фон-Фу); онъ называетъ его самымъ боль- шимъ городомъ въ свѣтѣ, который собственно состоялъ изъ шс- сти разныхъ городовъ, обнесенныхъ стѣнами: въ первомъ изъ нихъ живетъ сильный гарнизонъ изъ 12 тысячъ человѣкъ; въ другомъ, самомъі красивомъ, — Жиды, Христіяне и Турки, въ тре- тьемъ чиповники, въ четвертомъ богатые и знатные люди, въ пятомъ простой народъ, въ::шестомъ мораки и рыбаки; Нуж- ио было три дня, чтобы і пройти изъ перваго до нослѣдняго го- рода. Между превосходными произведеніями мануфактурной про- мышлениости этого города, всего болыпе удивлялись блюдамъ изъ тростника, расписаннымъ самыігл блестящими и прочными красками. Въ бытность Ибнъ-Батуты въ Китаѣ умеръ Имиераторъ, и по Татарскому обычаю похоронснъ былъ съ большими церемо- ніями: вырыли гпирокую яму, на днѣ ея поставили пышнуго ію- стель и положили на ней покойника въ самомъ богатомъ платьѣ, со всѣмь оружіемъ, съ золотыми и серебряиыыи сосудами изъ его домашняго хозяйсіва, съ четырьмя служанками и шестыо са- мыми любимыми его тѣлохранителями; потомъ надъ всѣмъ этѣмъ насыпаш курганъ, а на вершинѣ его закололи чеіырохъ коней. Когда по смерти Императора начались ссоры въ его семейсгвѣ, а за тѣмь поолѣдовала междоусобная война, Ибнъ-Батута ооки- нулъ этотъ замѣчательный край, въ которомъ охотно пожилъ бы дольше, и отправился, черезъ Суматру и Калькуту, въ Нерсію,