b000000438

344. КАПИЩЕ МОЕГО СЕРДЦА. Прокурора Князя Вяземскаго, и онъ гакже былъ современиикомъ отца моего въ Государственныхъ Казначействахъ; я его въ пихъ засталъ, когда помѣстился въ Вице-Губернаторы и призванъ былъ для навыки въ счетахъ, сидѣті съ нимъ за одниыъ круглымъ столомъ въ присутственнои камерѣ Васильева. Въ царство Па- влово сей Киязь Куракинъ также выросъ въ чинахъ, и былъ саиъ Гепералъ-Прокуроръ; потомъ я, уже будучи Губернаторомъ, пот/алъ подъ его начаіьство, когда онъ смѣнилъ ГраФа Кочубея въ званіи Министра Внутреннихъ Дѣлъ. Тогда ощутительна сдѣ- лалась разиица, какая существуетъ между настоящимъ Миии- стромъ и надменнымъ вельможей. Первой приступъ его ознаме- новался самымъ грознымъ циркулярнымъ письмомъ ко всѣмъ Гу- бернаторамъ, въ которомъ онъ обѣщалъ ихъ наказывать и под- вергать Монаршему гнѣву, естьли будетъ ими недоволенъ; . то ме- ия взволновало до того, что я никогда пе могъ себя прииудить быть ему искренно преданнымъ. Скоро позабылись ъсЪ наши прежнія отношенія no Саратову и Пензѣ. Онъ казался очепь ла- сковъ въ наружномъ обращеніи, но въ управденіи дѣлами нослЬ Кочубея долженъ былъ ноказаться несносныиъ. Всѣ чины во кругъ него неремѣнились; временемъ онъ былъ слигакомъ надутъ, а»другимъ слишкомъ Фамильяренъ. Я никогда не забуду, что изъ особенной ласки ко мнѣ, будучи позванъ въ его кабинетъ, я за- сталъ его за бритьемъ; ему мылили бороду, а передъ нимъ по од- ну сторону стоялъ какой-то домашній гаутъ, a no другую я. Та- кое отличіе нередъ тѣми, кои ожидали выхода его въ залѣ, было для меня до крарности уничижительно, но Князь Алексѣй Бори- совичъ не понялъ бы вѣчно, что такое, но его мнѣнію, благово- леніе, можетъ другому, по различію характеровъ, обратиться въ оскорбленіе; ибо Губернаторъ не долженъ быть у Министра, осо- бенно же по утру, въ часы отправленія имъ его должности, ка- кимъ-то потѣшнымъ собесѣдникомъ; на все есть своя пора. Киязь думалъ, что онъ этимъ поступкомъ чрезвычайно мэня отличилъ. Подобное обращеніе мнѣ такъ было противно, что никакими, да- же снисканными при немъ, успѣхами по званію моему, я не могъ быть обрадованъ, и иепрестанно тужилъ о Кочубеѣ, Я обязанъ, однако, благодарностью Князю Куракину за Анненскую ленту, ко- торую получилъ, по представленію его, въ то самое вреМя, когда я могъ быть, хотя неправосудно, но по настройкѣ Арсеньева (см. лит. А), рчернепъ имъ, по слѣдствію о лѣсахъ Владимирской Гу- берніи, Все сіе дѣло, затѣяпное при Куракпиѣ, копчилось безъ вся-