b000000438

КЛІШЩЁ МОЕГО СЕРДЦА. 325 меня при людяхъ, мнѣ враждующихъ, ежели только они были въ силѣ у Двора. Для довершенія сей исповѣди, оставляю послѣд- ній и самой рѣзкой опыть его егоцзма. Въ отсутствіе Государя дош.ю до Совѣта дѣло о писыиѣ моемъ къ Бадашову на счетъ Сенатомъ наложенныхъ на меня пітраФовх, и Князь Салтыковъ не только не откло|іилъ отъ меня публичной выговоръ въ Сенатѣ, но даже, не смотря на то, что изданъ быдъ МаниФестъ, прощагощій все, кромѣ смертоубійства, грабежа и лихоимства, пропустилъ, и приказалъ исполнить опре- дѣленіе Совѣта, по которому присуждено было мнѣ сдѣлать вы- говоръ за дерзкія выраженія въ означенномъ письмѣ. Симъ кон- чилъ Кнкзь всѣ свои поступки противъ меня, по тому что я уже не имѣлъ никакого съ нимъ сношеиія, и онъ скоро умеръ. Сынъ мой старшій, ежедневно бывая у него ві ; домѣ, читая ему газеты иностранныя, во время его болѣзни, не могъ добиться и того, чтобъ онъ что ни будь въ пользу его сдѣдалъ, и тотъ ни- чего въ службѣ по его ходатанству никогда не получилъ. Пусть судятъ теперь, чѣмъ я этому мнимому протектору обя- занъ, и долженъ ли я память его чтить. Охотнв всякому и все, по Христіянству, прощая, не считаю себя, однако, обязаннымъ пра- ху его ни Йлагодарностъю, ни уваженіемъ. Совсѣмъ другія чувства возбуждаетъ во мнѣ память супруги его. Прямо Свѣтлѣйшая дама, не по титлу одному но по каче- ствамъ дугаи. Сердце человѣка глубоко, проникнуть въ немъ труд- но; намъ дано только по наружнымъ чертамъ судить о внутрен- номъ характерѣ намъ подобныхъ. Княжна Наталья Владимировна тверда въ правилахъ, постоянна въ отношеніяхъ и великодушна въ поступкахъ. Оставимъ ей нѣкоторыя жеискія странности и при- чуды, но основныя свойства ея были благородны, чувства воз- вышенны, характеръ мужественъ; она оказывала мнѣ особенную благоскдонность, и отличала меня оть многихъ въ обращеніи. Языкъ мой не произнесетъ на нее хулы во вѣки; не рѣдко я удостоиваемъ былъ самый искренней ея довѣренности на счетъ поведенія мужа ея при Дворѣ, котораго трусость и уклончивость она видѣла съ отвращеніемъ. Въ случаяхъ несчастныхъ для меня всегда принимала во мнѣ живѣйшее участіе, побуждала супруга своего дѣйствовать въ мою пользу, и съ сокрушеніемъ примѣчала слабость его характера, когда-оиъ долженъ былъ муасаться и воз- вышать голосъ. При носліЬдней моей отставкѣ она такъ растро- гана была моей судьбою, что на простомь лоскуткѣ бумаги на-