b000000438

КАПИЩЖ МОЕГѲ СЕРДЦА. 299 нашего вть Петербургѣ, гдѣ въ ихъ домѣ мы бывали какъ ьъ своемъ. Князь Андрей Николаевичъ служилъ Сенаторомъ, и жилъ безвыѣзднЪ въ городѣ. Дядя мой, Строгановъ, былъ сь нимъ очень друженъ, и на это были потаенныя причины; впрочемъ, они со- всѣмъ нссходствовали характерами. Князь лгобилъ жеаѵ свою страстно, будучи гораздо ея старѣе, баловалъ ее, не смѣя ей слова сказать вопреки и, въ удовольствіе ея, принималъ по вечерамъ не- большой кругъ посѣтителей, изъ которыхъ иные изъ милости игрывали сь нимъ въ шашки. Всякой тость въ этомъ домѣ пмѣлъ свой предметъ. Я, холостъ будучи еще, озпакомился съ иими, и не проходило дня, чтобъ я къ нимъ не завернулъ. Князь меня принималъ дасково, и вообще всѣ домашнія обращались со мной хорошо. Княгиня была жеищина молодая, пригожая • и вдвое была бы милѣе, естьли бъ гордоіі характеръ и своенравіе неограничен- ное не портити нрочихъ ея хороганхъ качествъ: она была до чрез- вычаііности горяча, опрометчива, иеосторожна и за всякое сло- во не по ней готова была вспыхнуть, не смотря ни на что и пи на кого; случалось не рѣдко, что она, за столомъ сидя кинетъ салФетку въ гостей и уйдетъ къ себѣ; но когда она была въ хо- рошемъ духѣ, то дѣйствитсльно можно было въ иее влюбиться. Въ эту западню попалъ и дядя мой, съ которымъ у нея была интрига: тугь ничего не происходило важнаго: одии взгляды и украдкой лобзанья составляли ихъ наслажденье, которому и я, какъ ближайщій наперсникъ дяди моего, иногда бывалъ свидѣ- телемъ, особливо когда ихъ свиданья происходили у насъ самихъ. Княгиня была съ нами такъ дружна и коротка, что она, въ при- страстіи своемъ къ дядюшкѣ, отъ насъ не таилась, и по истинѣ надобно было ей простить сію преступную ліобовь, по тому что мужъ ея таЕсЪ былъ старъ и непріятснъ, что она ни сердца, ни чувствъ, дѣлить съ нимъ безъ отвращенія не могла. По сей-то связи и я съ женой былъ всегда ею принятъ съ отличной лаской, а Князь, покорной слуга жены своей, не смѣлъ и скучать нами. У меня, до Женитьбы моей, свои были занозы въ этомъ до- мѣ. Княжна Елисавета Павловна милая, достойная и любезная дѣвуіпка, меня такъ страстно плѣни.іа , что, не смотря на то, что ей было 30 лѣтъ, а миѣ только 20, я хотѣлъ на ией жениться, и такъ рѣшительно на это вознамѣрился, что самъ ей признался въ любвв моей и просилъ руки ея. Я никогда не забуду тѣхъ благо-