b000000438

252 КАПИЩЕ МОЕГО СЕРДЦА. ной со стороны его холодностью. Во время общихъ Россійскихъ ополченій противъ Наполеона, Владимірская Губернія, наровнѣ съ прочими, обязана была избрать своему войску Губернскаго На- чальника; выбирать его должно было по баламъ. Я, силою довѣ- ренности, которую ко мнѣ лучшіе Дворяне имѣли, наклонилъ вы- борть въ пользу Князя Голицына, и былъ, конечно, орудіемъ его избранія. Званіе сіе льстило его самолюбію, но онъ скоро забылъ, что былъ онымъ обязаігь мнѣ, и когда я вышелъ въ отставку съ явнымъ негодованіемъ Государя, Князь Голицынъ оказалъ мнѣ самые ровнодушные поступки, и обходился со мной, какъ съ че- ловѣкомъ едва ему знакомьшъ. Естьли мнѣ пріятно въ этомъ со- браніи имянъ человѣческихъ упоминать о тѣхъ лгодяхъ, кои полу- чили права на всегдашнюю мою объ нихъ память, за чѣмъ же я умолчу и о тѣхъ, кои, столь же постоянііой холодностью, ничего отъ меня не заслужили? НИЕОДАЙ ПАВЛОВИЧЪ. 10. Великій Князь. Какъ еще онъ воспитывался подъ над- зоромъ Ламсдорфа, я, будучи Губернаторомъ, имѣлъ счастіе нѣ- сколько разъ представляться Его Высочеству, и былъ удостоенъ благосклоннаго его пріема, но потомъ я уже не имѣлъ случая ни видѣть его, ни слышать его бесѣды, и прежнія краткія ми- нуты свиданія моеѴо съ нимъ остались въ памяти, какъ лестныя эпохи въ жизни, которыя должны на всегда сохранить мѣсто въ воспомипаніяхъ моихъ; ибо я принадлежу еще къ тому вѣку, въ которой новомодная философія не научила людей почитать пу- стымъ преимуществомъ честь приближаться къ порфиророднымъ отрасіямъ своихъ Государей. да и племя Екатерины могло ли быть для Россіянина ея времени равнодушно? МЯСОѢДОВЪ. * 11. Николай Ефимовичъ, Сенаторъ. Отношенія мои съ симъ человѣкомъ былп непрододжительиы, но паполііены разными не- пріятными случаями, которымъ поводъ давалъ всегда лукавой его характеръ и особсннон навыкъ къ интригам ь. Впрочемъ, онъ былъ ума нехпирокаго и совсѣмъ недѣловой человѣкъ, но пролазъ са- мой хитрои и удачной. Бываютъ люди очеиь простые, которые такъ хитро сведутъ интригу, что и самъ геній въ сѣти ихъ попа- дется; но лукавство не дѣлаегъ еще ума. Таковъ былъ Мясоѣдовъ: