b000000438

КАШ1ЩЕ МОЕГО СЕРДЦА.. 133 наши свиданія, но мы другъ другу иоклялпсь въ вѣриости не- ііреоборимой; скоро настало миѣ время отправиться въ Пнтеръ къ батюшкѣ: онъ меня потребоваль къ ссбѣ. Я простился съ Елеиоіі, и въ отчаяніи поѣхалъ. Долго продолжалась между наіми аотасн- иая ііерсписка. Въ довѣрспности нашей была меаьшая сестра ыол: Елеиа отдавала ей свои письма, а та ихъ ко мнѣ ихъ перссылала въ своемъ пакетѣ, адресуя, однако, на имя багюшкп, кохороіі беаъ всякаго подозрѣнія огдавалъ мнѣ ихъ не раскрывая. Много труда стоило намъ это, по гому что я боялся, съ одной стороны, чтобъ батюшка не узналъ нашей интриги, съ другой, чтобъ не открыла ее въ Москвѣ Еленина сестра, гюджигаемая ревносгью, иримѣтивъ изъ выше писанныхъ происшествій, какъ она лукаво была обма- нута нами и далеко увлечена своимъ оболыценіемъ; однако ппсь- мы наши шли порядочно одно другому, и я ихъ набралъ изряд- ное множество. Выдержавши съ годъ иостоянно роль любовника, я случайио отправленъ былъ въ Москву и предвкушалъ уже ю удовольствіс, которое меия ожидаегь въ объятіяхъ Еленьг. Я уже не мальчикъ, а Офидеръ гвардіи, видѣлъ свѣтъ, извѣстенъ въ пемъ: сколько, дуімалъ я, иовыхъ преимуществъ будутъ охраняхь мос счастіе. Увы! ошибся въ расчетѣ: я сще не умѣлъ, судя самъ по сббѣ, отгадать, что наличные глаза могутъ быть милѣе отдален- наго взора. Елепа безъ меня вывезена въ большой свѣтъ, начала казаться въ собраніяхъ. Будучи мила, замапчива и рѣзва, скоро пріучила слоияться за собой молодыхъ .іюдей, разверпулось жен- ское самолюбіе, оно иаучило кокетству и, словомъ, Елена моя уже другимъ плѣнялась, когда я въ первой разъ встрѣтился на балѣ съ нею въ клобѣ: я скоро это замѣтилъ, приревповалъ, разсер- дился, грустилъ съ недѣлю, и видя, что тоска моя уже не дѣй- ствустъ на ея сердце, захотѣлъ похвастать своими правилами и постоянствомъ, выпросилъ у нея свиданье, въ которомъ, послѣ жаркаго изъясненія, рѣшились мы разстаться сердцами: я вы- просилъ у нея позволеніе при ней снгечь всѣ ея письма, на что она согласилась, и возвратила мнѣ мои, съ моимъ портретомъ вмѣстѣ, которой я для нея украдкой списалъ за довольно доро- гую цѣну и подарилъ въ табакеркѣ подъ секретомъ. Все это мнѣ возвращено, какъ ненужные пожитки, и она съ доволыіымъ рав- нодушіемъ высмотрѣла auto da 1'е, которой я произвелъ изъ ея переписки, заставл ея, по ревііивому побуждепію, тирапски выслу- шать содсржаніе каждаго письма, прежде нежели оно кпдалось въ огоиь, Таковъ былъ конецъ первой и самой пылкой моей