b000000422

— 120 — Саратовской — 1 p. 69 к., Самарской — 1 p. 48 к., Таврической— 1 р. 15 к., Ставропольской — 1 р. 03 к. Очевидно, что при назначеніи выкупныхъ платежей принимадась не только стоимость земли, но и еще нѣчто другое — именно промысловая дѣя- тельность крестьянъ. Вотъ еще одно доказательство несправедливости оцѣнки земли при вы- купѣ. Въ 80-хъ годахъ, 20 лѣтъ спустя послѣ освобожденія крестьянъ, не- смотря на общее повышеніе цѣнъ на землю за это вреыя, были сопоставлены съ выкупной оцѣнкой оцѣнки частныхъ банковъ ипотечнаго кредита. И что жѳ? Оказалось, что въ 24 губерніяхъ изъ 49 выкупная оцѣнка была всетаки выше банковой. Происходившіе въ запрошломъ году комитеты о трудахъ сельско-хозяй- ственной промышленности цѣлымъ хоромъ отмѣчаютъ несоотвѣтствіе оцѣнки земли при выкупѣ съ ея дѣіствительной стоимостью. Семью земскими дѣятелями съ Н. Н. Сомовымъ во главѣ въ Новгородскомъ губернскомъ комитетѣ было заявлено, что выкупные платежи нельзя разсматри- вать какъ уплату капитальной стоимости съ процентами отведенныхъ въ собствен- ность крестьянамъ земель, ибо надѣленіе крестьянъ землею при освобожденіи ихъ отъ крѣпостной зависимости не можетъ быть разсматриваемо какъ граждан- ская сдѣлка бывшихъ помѣщиковъ съ принадлежавшими имъ крестьянами. Реформа 19-го февраля 1861 года была проведена въ общегосударственныхъ интересахъ, а не въ интересахъ одного лишь класса — крестьянъ, поэтому несправедливо возлагать расходы по осуществленію этой реформы на однихъ лишь крестьянъ. Если бы выкупъ земли былъ гражданской сдѣлкой, кресть- яне должны бы были оплатить помѣщикамъ только цѣнность отрѣзанной имъ земли. Между тѣмъ, какъ указывалось въ мѣстныхъ комитетахъ, выкупные платежи во много разъ превышаютъ эту цѣнность. Костромской губернскій комитетъ призналъ, что для сѣверной полосы несправедливость выкупныхъ платежей тѣмъ болѣе ясна, что земля здѣсь не пѣнится въ внду ея малой доходности. Здѣсь выкупъ, назначенный за землю при освобожденіи крестьянъ, въ значительной степени является вознагражденіемъ помѣщика за отмѣну его права распоряжаться промысловымъ трудомъ крѣпоетного. Выкупная сумма представляетъ, такимъ образомъ, не цѣнность земли, а капитализированную стоимость рабочей силы. 17 членовъ Рузскаго комитета подали особое мнѣніе слѣдующаго содержанія: „Во имя справедливости слѣдовало бы сложить во- обще всѣ выкупные платежи и вотъ на какомъ основаніи. Бри освобожденіи крестьянъ отъ крѣпостной зависимости стоимость земли въ Рузскомъ уѣздѣ равнялась въ среднемъ 8—10 p., а выкупная цѣна за десятину была назначена 37 руб., т.-е. почти вчетверо болѣе существовавшихъ въ то время цѣнъ. Такимъ образомъ, по нашему мнѣнію, въ теченіе 40 лѣтъ крестьяне ужъ уплатили стоимость земли со всѣми причитающимися съ нихъ процентами". А. А. Шустиковъ докладывалъ въ Кадниковскомъ комитетѣ: „Извѣстно, по какой дорогой цѣнѣ поступила земля въ надѣлъ крестьянамъ при уничтоже- ніи крѣпостного права, земля зачастую нехорошаго качества, но принятая послѣдними безропотно ради личной свободы; это чувство личной свободы было такъ высоко приподнято въ то время, что о качествѣ земли, ея выгодности или убыточности никому изъ крестьянъ и въ голову не приходило подумать. Теперь прошло съ тѣхъ поръ болѣе 40 лѣтъ, и мы, разсматривая хладнокровно эту сдѣлку между помѣщикомъ и его рабомъ-крестьяниномъ, убѣждаемся, что сдѣлка эта была очень не выгодна для послѣдняго, особенно въ нашемъ сѣ- верномъ краѣ, гдѣ земля цѣнилась въ то время въ болыпинствѣ случаевъ отъ 50 коп. до 5 р. дес. Оказывается, что крестьянинъ заплатилъ за свою свободу огромную цѣну и до сихъ норъ еще платитъ не мало, и пришелъ наконецъ къ обѣдненію".