b000000237

59 Волота, илп хптрости, въ лицѣ Горемы. Оммѣнокъ—лдокь лѣшихъ. Лѣшій, постоянно озабоченный мыслыо о томъ, какъ бы принести зло врагу своему человѣгеу, подслуптивалъ нелѣ- пыя желанія матерей, укачивающихъ своихъ маленькихъ ре- бятъ. Стоитъ только матери, раздраженной унорнымъ плачемъ ребенка, произнести въ запальчивости — „а лѣшій тя побери! " — , какъ онъ ужъ тутъ, забираетъ ребенка, а на его мѣсто кла- детъ свое дѣтище. Оммѣнки отличались силой и злостью, до- ставалось отъ нихъ бѣдной матери, потерявшей по своему лгеланію дитя и получившей въ замѣнъ это чудовище. Слово „оммѣнокъ" бранное, хул?е даже, чѣиъ скѣсъ, которое упо- треблялось вмѣсто чорпга. Слово чортъ было не въ ходу, его заботливо избѣгали, говоря въ замѣнъ этого — черный или лу- кавый., а то и просто онъ. Лихорадки или лгіхоманки, комохи или трясавицы — дочери египетскаго царя Фараона; числомъ ихъ 12 и каждая имѣла свою спеціальность. Чтобы избавиться отъ нихъ имѣлись заговоры и даже молитвьт, нарочно для этого сочиненныя. Къ проклятымъ относились также само- убійцы, въ числѣ которыхъ считались и опойцы. На долю послѣднихъ выпала тяжелая обязанность возить воду на томъ свѣтѣ или служить вмѣсто лошадей чертямъ въ ихъ безпре- станныхъ поѣздкахъ по бѣлу свѣту. Такъ разсказывали люди, удостоившіеся видѣть ихъ въ такомъ положеніи, что выпадало на долю также пьяшщъ. Постоянная зависимость человѣка отъ силъ природы, не- возможность самолично избавиться отъ дурнаго вліянія этихъ силъ и желаніе обратить ихъ въ свою пользу, рано заставили чедовѣка изыскивать средства для этого. Но не всякій спо- собенъ на такой подвигъ, нужно для этого близкое знаком- ство съ силами, умѣнье обращаться съ ними надлежащимъ образомъ'. Чѣмъ же можно было направить въ ту или другую сторону эти стихійныя силы? Одно средство только и было — это нросьба, обращенная непосредственно къ представителямъ