b000000237

184 обрѣсти славу и дать почувствовать современникамъ свое значеніе. По отношенію къ Иванову, впрочемъ, и это пра- вило имѣетъ исключеніе — вдѣсь можно жить, приносить пользу обществу, умереть и быть позабыту. Примѣромъ забывчиво- сти можемъ мы привести Сокова и Грачева. Многіе ли знаютъ теперь, гдѣ покоится прахъ этихъ дѣятелей? Почти никто. А между тѣмъ и тотъ и другой значйтельныя личности^- первый какъ основатель ситценабивнаго настоящаго искусства, а второй, какъ сила въ мѣстной жизни. До 1812 года Иваново медленно двигалось на пути развитія мануфактурной промышленности. Пожаръ Москвы въ 1812 году далъ сильный толчекъ этому дѣлу и съ этихъ поръ Иваново неудержимо стремится впередъ, не взирая на всѣ препятствія, которыя приходшюсь одолѣвать на дорогѣ. Московскія фабрики, которыя совсѣмъ было, сообща еъ Пе- тербургскими, отстранили Ивановцевъ на задній планъ и съузили районъ ихъ дѣятельности, долго не могли попра- виться нослѣ погрома- двѣнадцатаго года,' а въ это время Иваново работало усиленно и успѣло запастись силами на столько, что дальнѣйшая судьба мануфактурной промышлен- ности была обеспечена. Въ 1814 году уже Ямановскій вы- работалъ ситцевъ и платковъ на 1,650,000 рублей. Съ 181 2 года Англійская бумажная пряжа вошла во всеобщее употребленіе, благодаря дѣятельности В. М. Киселева, которому въ этомъ году удалось по случаю купить партію Англійской бумажной нряжи въ 5,000 пудовъ у Московсгеихъ купцовъ по 60 руб. за щ^дъ. Но къ концу года пряжа эта стоила уже 300 руб. пудъ. Киселевъ съ этой поры занялся продажей Англійской пряжи, съ году на годъ усиливая торговлю и имѣя непо- | средственныя сношенія съ Англіей до самаго 1847 года, когда Русская пряжа окончательно вытѣспила Англійскую. Русская пряжа выступаетъ въ первый разъ въ 1831 году, і когда утокъ русской выпрядки сталъ вытѢсёять утокъ Англійскій,