— 472 — Куда я безъ тебя явлю чело смятенно, Позора робости клеймомі. запечатдѣняо? Что въ Аргосѣ екажу друзьямъ твоимъ въ отвѣтъ? Какъ родина моя объятья мнѣ простретъ, Бѣжавшему твоихъ объятій въ часъ за- '.■ кланья? Фокидскіе лѣса, дубравы предвѣщанья! Дерзну ли я встуяить въ священну вашу сѣнь, Гдѣ я съ тобой встрѣчалъ н провожалъ мой день! і Возстанутъ на.меня и добрые, и злые! Возстанутъ, можетъ-быть, свидѣтели такіе, Которые рекутъ, что я, предатель твой, Еоварно здѣсь куиилъ кровавой жизнь цѣной; Что я убійца самъ, ты жертва мной стре- -гома, Чтобъ на развалинахъцаревнадревня дома Воздвигнуть свой престолъ, присвоить j твой народъ, I Какъ брака моего еътвоей сестроюплодъ! | Нѣтъ, нѣтъ, я не снесу столь страшны j укоризны! і Ояѣ отравятъ мнѣ дыханіе отчизны, Разрушатъ мой покой, тревожа въ мрачномъ снѣ, И. подданныхъ сердцаохолодятъ ко мнѣ... И самая любовь и самая сунруга... Бояться буду ихъ, какъ мстителейза друга. Нѣть, нѣтъ, пусть мечъ одинъ дни наши пресѣчетъ. Пускай единый огнь тѣла друзейножретъ, Бдина урнапусть нашъпепелъсохраняетъ: Такъ братство, дружба, честь велитъ и ожидаётъ. 0 р е с т ъ. ІІиладъ! возлюбленный! Будь справедливъ, молюсь. -Я казнь навлекъ судьбы —достоинъ, и казнюсь! Но сильный смертьпріять, даруемубогами, Не въ силахъ многими терзаться я смертями. Напраено чуждый ты присвоиваешь срамъ Жстрахъотвѣтственныйземлѣ и небесамъ: Вся лютость укоризнъ, презрѣніе подвдастныхъ И всѣ страданія преступниковъ несчастныхъ Оаи мон, и всѣ на сей мавѣ лежатъ, Какъ горыпламенны—и жгутъ, и тяготятъ. Ты хочешь, чтобъ твоей я смертію жестокой, Невинный, вѣрный другъ, несчастій въ ровъ глубокой Низверженный моей желѣзною рукой, Страдалецъ, на кого всѣ зла стекалимной, Еоторый, все терпя, былъ вмѣстѣ мой хранитель, Чистѣйша часть мен-я, мой геній-утѣжитедь— Ты хочешь, чтобъ свою я множилъ казнь стократъ, Идь паче весь въ себя переселилъбыадъ! Нѣтъ, боги праводны и въ милостяхъ велики, Они вели меня въ сіи предѣлы дики; Болѣзнуя о мнѣ, сей указали храмъ Въ конецъ мученіявіъ, въ конецъ моимъ враждамъ. Карающую длань, Ниладъ, благословляю: Какъ жилъ, какъ дѣйствовалъ, достойное вкушаю... Ты долженъ, другъ мой, жить. Тебѣ не отдвѣла Привѣтственная жизнь, далека.я отъ зла. Тебя семейственна улыбкой манитъ радость, Божественной любви неотравленна сладость. Твой домъ позора чуждъ и свыше покровенъ: Мой домъ отеческій—несчастенъ, оскверненъ, И миръ, небесный миръ на кровъ его не сходитъ! Сонмъ фурій вкругъ него отчаяніе водитъ! Ступайи,промысломъизбавленныйсвятымъ, Ты освяти его присутствіемъ своимъ! Раздоры изжени, возстави власть закона; Совокупи въ одинъ два родственныетрона; Люби сестру мою, которую пріялъ Изъ рукъ моихъ, когда намъ славы свѣтъ сіялъ: Въ ней обрѣтешь себѣ нѣжнѣйшаго ты друга. Тѣяь—среди в^шего носиться будукруга; Ореста имя въ васъ и въ чадахъоживетъ, И родъ Атридовъ весь для грековъ не умретъ. Но, возвратясь въ Аргосъ, гордящійся конями,
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4