— 393 — «0 нѣтъ, не ропщу на Зевесойъ законъ: И жизнь и вселенна прекрасны. . Не въ радостяхъ быстрыхъ, не вз? ложныхъ мечтахъ Я видѣлъ земное блаженство. ■«Что можетъ разрушитьвъ минуту судьба, Эсхинъ, то на свѣтѣ не наше; Но сердца яетдѣнныя блага: любовь И сладость возвышенныхъ мыслей. «Вотъ счастьеі о, другъ мой, оно не мечта. Эсхинъ, я любилъ и быдъ счастливъ; Любовью моя освятилась душа, И жизнь въ красотѣ ынѣ предстала. «При блескѣ возвышенныхъ мыслей я зрѣіъ Яснѣе великость творенья: Я вѣрилъ, что путь мой дежитъпо землѣ Къ нрекрасной возвыженной цѣли. <УвыІ я любилъ... и ея уже пѣтъ! Но счастье, вдвоемъ столь живое, Навѣки ль исчездо? и прежніе дни Вотще ли столь были прелестны? «О нѣтъ: никогданепогибнетъ ихъ сдѣдъ; Для сердца прошедшее вѣчно. Страданье въ разлукѣ есть та же любовь; Надъ сердцемъ утрата безсильна. «И скорбь о погибшемънеесть ли, Эсхинъ, Обѣтъ неизмѣнной надежды: Что гдѣ-то въ знакомой, по тайной странѣ Погибшее намъ возвратится? «Кто разъ полюбилъ, тотъ на свѣтѣ, мой Другъ, Уже одинокимъ не будетъ... Ахъ, свѣтъ, гдѣ опа предо мною цвѣла, — Онъ тотъ же: все ею онъ полонъ. «По той же дорогѣ стремдюся одинъ И къ той же возвышенной цѣли, Еъ которой такъ бодро стремился вдвоемъ— Сихъ узъ не разрушитъ могида. «Оей мыслью. высокой украшепа жизнь: Я взоромъ смотрю благодарнымъ На землю, гдѣ столько разсыпано благъ, На полное славы творепье. «Спокойно смотрю я съ земли рубеяса На сторону лучшія жизни; Сей сладкой надеждою міръ озаренъ, Какъ небо сіяньемъ Авроры. «Съ сейсладкой надеждой я вышесудьбы, И жизнь мнѣ земная священна: Нри мысли великой, что я—чедовѣкъ, Всегда возвышаюеь душою. «Аэтотъбезмолвный.таинственныйгробъ... О, другъ мой, онъ вѣрный свидѣтель, Что дучшее въ жизни еще впереди, Что вѣрпо желанное будетъ. «Сей гробъ, затвореннаякъ счастію дверь, Отворится... жду и надѣюсь! За пимъ ожидаетъ сопутникъ меня, На мигъ мнѣ явившійся въ жизни. «О, другъ мой, искавъ измѣняющихъ благъ, Искавъ наслаждепій ыинутныхъ, Ты вѣрныя блага утратилъ свои, Ты жизнь презирать научился. «Съ симъ гибельпымъ чувствомъ ужасенъ и свѣтъ; Дай руку! близъ вѣрнаго друга, Съ природой и жизнью опять примирись; О, вѣрь мнѣ, прекрасна вселенна. «Все небо намъ дало, мой другъ съ бытіемъ; Все въ жизни—къ великому средство: И горесть и радость—все къ цѣли одной; Хвала жизнедавцу—ЗевесуЬ Ліуковскій. 211. ЖАЛОБА ЦЕРЕРЫ. Снова геній ашзни вѣетъ; Возвратилася весна; Холмъ на солнцѣ зеленѣетъ; Ледъ разрушида волна; Распустившійся, дымится Благовоніями лѣсъ; И безоблаченъ гдядится Въ воды зеркадьны Зевесъ; Все цвѣтетъ—лшпь мой единый
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4