— 48 — «Ой ты гой еси, матушка, Молода княгиня Тимоѳеевна! He прошу ни золота, ни серебра, Только дай ты мнѣ великоеблагословеніе: По чисту полю мнѣ поѣзднти, Овопо добра коня понаѣздити, Могучи плечи порасправити, Всѣхъ силужекъ проповѣдати, Поискать себѣ сопротивничка». Тутъ возговоритъ родна матушка, Молода княгиня Тимоѳеевна: —Ой ты гой еси, родно дитятко, Молодой Добрыня, сынъ Никитьевичъ! То-то молодо, то-то зелено! Ты за что скоро принимаешься? - Тутъ возговоритъ добрый молодецъ, Молодой Добрыня, сынъ Никитьевичъ: «Ой ты гой еси, родна матушка, Молода княгиня Тимоѳеевна! Тебѣ меня дома не выучить: Бще жилъ-былъ родной батюшка, Свѣтъ сударь Микита Романовичъ, Жимши-бымпш, самъ состарился, Состаримши, переставился!і Даетъ ему тутъ великое благословеньице По чисту полю казакомъ гулять. Онъ и палъ ей во рѣзвы ноги: «Ой ти гой еси, родная матушка, Молода княгиня Тимоѳеевна! Ты не жди домой со ряду шесть лѣтъ, А еще не жди со ряду пять лѣтъ, Ты еще не жди ровно круглый годъ,— Тому дѣлу стало двѣнаддать лѣтъ; На тринадцатомъ году домой приду». Молодой женѣ сталъ наказывать: «Ой ты гой еси, молода жена, Молода Памельфа Тимоѳеевна! Ты не жди домой со рядѵ шесть лѣтъ, А еще не жди со ряду нять лѣтъ, Ты еще не жди ровно круглый годъ,— Тому дѣлу стало двѣнадцать лѣтъ; На тринадцатомъ году хоть замужъ поди, Хоть за князя иль за барина, Али за гостя за торговаго, Иль за мурзыньку за татарина; Не ходи за Алешу за Поповича, За бабьяго пересмѣшничка, За судейскаго перелестничка». Еще минуло со ряду шесть лѣтъ, Еще минуло ровно три года, Еще минуло ровно круглый годъ, — Тому дѣлу стало девять дѣтъ. На десятыимъ году замужъ пошла, А его слова не нослушала: Пошла не за князя, не за барина, Не за гостя не за торговаго, Не за мурзыньку не за татарина, Пошла за Алешу за Поповича, За бабьяго пересмѣшничка, За судейскаго перелестничка. Тутъ возговоритъ ему добрый конь: —Ой ты гой еси, добрый молодецъ,- ЯѴ[олодой Добрыня, сынъ Никитьевичъ! Ничего не знаешь и не вѣдаешь: Молодая жена твоя замужъ пошла,— А твово слова не послушала. Не за князя, не за барина, И не за гостя за торговаго,' Не за мурзыньку не за татарина, Пошла за Алешу за Поповича, За бабьяго пересмѣшничка, За судейскаго перелестничка. — Слѣзалъ тутъ добрый молодецъ Съ своего добра коня, Онъ и палъ коню въ рѣзвы ноги, Во правую, во перѳдшою: «Ой ты гой еси, конь, добра лошадьі Переставь домой черезъ три часа, Черезъ три часа, черезъ битые, Черезъ битые со минутою!» Тутъ возговоритъ конь, добра лошадь: —Ой ты гой еси, добрый молодецъ, Молодой Добрыня, -сынъ Никитьевичъ! Переставилъ бы я черезъ три часа, Черезъ три часа безъ минуточки: Накладывай сѣделечко черкаеское, Подтягивай подпруженьки шелковыя, Подвязывай стременники серебряныя, Самъ ты вяжись крѣпко., накрѣпко. — Пріѣхалъ онъ къ широку двору, Онъ и пнулъ столпы своимъ чоботомъ: Отолбики пошатнулися, Воротечки растворилися, Онъ пускалъ коня не привязана, Никому коня не приказывалъ, Самъ вошелъ въ налаты бѣлокаиенны. Во палатушкахъ родна матушка, Молодая княгиня Тпмоѳеевна, Чудну образу номоляется, Своей матушкѣ поклоняется: «Ой ты гой еси, родна матушка, Молода княгиня Тимоѳеевна! Еще гдѣ моя молода жена?»
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4