ІШІІ — 46 — А худыиъ вѣдь свои думушки думаютъ, "Хочутъ обернуться черными воронами, Co тѣми носы желѣзными, Они хочутъ расклевать добра молодца, Того ли Илью Муромца Иваиовича. Подъѣзжаетъ онъ ко двору ко дворянскоыу, И бросалась молода жена Соловьева, А и молится, убивается: «Гой еси ты, удалой добрый молодецъ! Бери ты у насъ золотой казны, сколько надобно, Отпусти Ооловья-разбойника, He вози Соловья во Кіевъ-градъ». А его-то дѣти, Соловьевы, Неучливо они поговариваютъ, ■Они только Илью и видѣли, Что стоялъ у двора дворянскаго. И стегаетъИдья онъ добра коия, А добра коня по тучнымъ бедрамъ, Какъ бы конь подъ нимъ осержается, ІІобѣжалъ Илья, какъ соколъ летитъ. Пріѣзжаетъ Илья онъ во Кіевъ градъ, Среди двора княн^енецкаго, И скочилъ онъ Илья со добра коня, Привязалъ коня къ дубову столбу, Походилъ онъ во гридню во свѣтлую, Ж молился онъ Спасу со Пречистою, . Поклонился князю со княгинею, На всѣ четыре стороны. У великаго князя у Владимира, У него князя почестной ииръ; А и ыного на пиру было князей и бояръ, Много сильныхъ, могучихъ богатырей; И поднесли ему Ильѣ чару зелена вина въ подтора ведра: ПринимаетъИлья единой рукой, Быпиваетъ чару единымъ. духомъ. Говорилъ ему ласковый Владимиръ князь: «Ты скажись, молодецъ, какъ именемъ зовутъ, A no имени тебѣ можно мѣсто дать, По изотчеству пожаловати». И отвѣчаетъ Илья Муромецъ Ивановичъ: — А ты ласковый стольный Владимиръ князь! А меня зовутъ Илья Муромецъ сынъ Ивановичъ; И проѣхалъ я дорогу прямоѣзжую, Изъ стольнаго города Мурома, Изъ того села Еорочаева.— Говорятъ тутъ могучіе богатыри: «А ласково солнце, Владимиръ князь, Въ очахъ дѣтина завирается. А гдѣ ему проѣхать дорогою прямоѣзжею? Залегла та дорога тридцать лѣгь, Отъ того Соловья-разбойника». Говоритъ Илья Муромецъ: —Гой еси ты, сударь, Владимиръ князь, Посмотри мою удачу богатырскую, Вонъ я привезъ Соловья-разбойника на дворъ къ тебѣ.— И втапоры Илья Муромецъ Пошелъ съ великимъ княземъ на широкій дворъ Смотрѣть его удачи богатырскія. Выходили туто князи, бояра, Всѣ русскіе могучіе богатыри: Самсонъ богатырь Колывановичъ, Суханъ богатырь, сынъ Домантьевичъ, Святогоръ богатырь и Подканъ другой И семь-то братовъ Збродовичи, Еще мужики были Залѣшана, А еще два брата Хапиловы. Только быдо у князя ихъ тридцать молодцовъ. Выходилъ Илья на широкій дворъ, Къ тому Соловью-разбойнику, Онъ Соловья сталъ уговаривать: — Ты послушай меня, Соловей-разбойникъ младъ! Поевисти, Соловей, по-соловьиному, Пошипи, змѣй^ по-змѣиному, Зрявкай, звѣрь, по-туриному, И потѣшь князя Вдадимира.— Засвисталъ Содовей по-соловьиному: Огдушилъ онъ въ Кіевѣ князей и бояръ; Зашипѣдъ злодѣй по-змѣиному; Онъ втретье зрявкаетъ по-турипому: А и князи и бояра испужалися, На корачкахъ по двору наползалися, И всѣ сильны богатыри могучіе. И накурилъ онъ бѣды несноспыя: Гостины кони со двора разбѣжалися, И Владимиръ князь едва живъ стоитъ, Со душой княгиней Апраксеевпой. Говоридъ тутъласковый Владимиръкнязь: «А и ты гой еси, Илья Муромецъ, сынъ Ивановичъ! Уйми ты Соловья-разбойника; А и эта шутка намъ не надобна». 1 і
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4