: —t ■:■■■ — 337 Посмотрите. Въ обыкновенной лшзни, среди толпы людей, живущихъ изо- дня въ день едннственно по впечатлѣніямъ внѣшнихъ чувствъ иди по безотчетнымъ движеніямъ сердца, живущихъ какъ бы видимостію жизнж, а не жизнію, являющихъ въ себѣ только нѣкоторые, а не всѣ признаки жизни, — кто, какіе люди, во всякомъ состояніи и званіи, представляюютъ собою зрѣдище жизни полной и послѣдовательной, воли дѣятѳльной и твердой, труда живого и шюдотворнаго? Не тѣ ли, которые, будучи проникнуты извѣстною шыслію, поставили ее себѣ какъ бы центромъ дѣйствія, цѣлію стремленія, и идутъ къ ея достиженію съ мужествомъ, съ увѣренностію, однимъ словомъ— съ вѣрою? Взгляните на жизнь болѣе высшаго порядка. Что сдѣлало^знаменитыминѣкоторыхъ людейнаразныхъпоприщахъжизни, людей, которые заслужили названіе великихъ за тѣ илидругія великія дѣла жли ведикія открытія? Гдѣ тайнаихъ могущества, успѣха, тайна ихъ генія, если нѳ въ той великой идеѣ, которая обняла ихъ всецѣло и сосредоточила всѣ силы ихъ духа въ одинъ живительный центръ, какъ извѣстнаго рода зеркало сосредоточиваетъ въ своемъ центрѣ разсѣянные лучи свѣта н теплоты? Если вы поднимаетесьеще выше, ибо есть нѣчто болѣе вѳликое, чѣмъ могущество и самый геній, —какъ всегда и вездѣ образовывалиеь великіе характеры, высокія души, преданнѣйшіе служитеди всего святого, благородные мученики науки, отечества, человѣчества? Не такъ же ли, не по преимуществу ли они образовывалиеь великою идеею того самаго дѣла, которсму они посвящали себя, вѣрою въ его правду, въ его истину, въ его. силу, — вѣрою, въ которой они поставляди свою жизнь, а все остальное считали за ничто? Міръ, который, пожалуй, готовъ ечитать энтузіазвіъ гдупостінѵ не можетъ, однако, отказать ему въ величіи: онъ удивляется ему болѣе, нежели чему другому, и горе ыіру, если источникъ этого удивленія изсякнетъ въ немъ! Въ то же саыое время исчезнетъвъ немъ все, что есть благороднаго и прекраснаго, все, что состаГалаховъ. Хрестоматія. Т. I. вляетъ цѣну жизни, честь и достоинство природы человѣческой. Такъ вѣра на всѣхъ ея степеняхъ есть благо, и чѣиъ возвышеннѣе ея предметъ, чѣмъ она глубже проникаетъ въ сердце человѣка и чѣмъ больше ея сила, тѣмъ драгоцѣннѣйшіе и обильнѣйшіе плоды она.приноситъ. Но вѣра, которая видимо и невидимо господствуеіъ надъ всякою другою вѣрою я обнимаетъ собою всѣ безъ исключенія сиды и способности чедовѣка, конечно, есть та, которая утверждаетъ свое основаніе въ безконечномъ и вѣчномъ. Эта вѣра —религіозная и но преимуществу христіанская, такъ какъ, по свидѣтельству самаго невѣрія или индиферентизма, подлѣ или внѣ христіанства уже нѣтъ другой возможной религіи. Такъ—нѣтъ другой и не можетъ быть, потому что нѣтъ совершенетва выше совершенства безконечнаго. Иные думаютъ усиокоиться на совершенствѣ и достоинствѣ чедовѣческомъ. Да, должно дорожить достоинствомъ истинно-человѣческимъ, потому что чедовѣкъ есть образъ и подобіе Вожіе^ Но развѣ вѣра христіанская унижаетъ это достоинство? Вѣрно, что она поражаетъстрасти, которыя воюютъ на душу, —похоти, которыя ее обольщаютъ, —наслажденія, которыя ее развращаютъ, оставляя въ ней пустоту и голодъ; , но какую сиду ума илп сердца она требовала бы себѣѴвъ жертву? Какія существенвыя для человѣка блага, истинныя наслажденія, достойножеланные успѣхи, которыхъ исканіе или обладаніе она запрещала, бы? — Вѣра не запрещаетъ науки: между самымн ведикйми именами совремецной науки, многія обязаны своимъвеличіемъ христіанской вѣрѣ, и она считаетъ ихъ своими, и вообще нѣтъ ни одной изъ новыхъ наукъ, которойбыоиаяеосвѣтилапутии нерасширила горизонта. —Вѣра не воспрещаетъ ни искусствъ, ни литературы, ни краснорѣчія, ни иоэзіи. Въ этихъ сферахъ еще больше именъ на ея сторонѣ. Замѣтейъ даже видимый пробѣлъ въ умахъ и въ твореніяхъ, гдѣ недостаетъ вѣры, какъ будто бы недоставало въ нихъ свѣта и 22
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4