— 300 - Мы выведи значеніе проповѣдника и проповѣди изъ отношенія частныхъ дицъ къ церкви, поскольку это отношеніе есть дѣло человѣческое. Но все благое творитъ не самъ человѣкъ, какъ лидо, а Духъ Вожій, въ немъ живущій. Обращеніе человѣка къ истинѣ и внутреннее покаяніе есть дѣло благодати, вѣнчающеѳся въ таинствѣ отпущенія грѣх:овъ. Принять благодать иди отвергнуть ее — вотъ что лежитъ во власти всякаго человѣка. Поэтому назначеніе проповѣди лы полагаемъ въ тоиъ, чтобы побѣдить и от- «транить въ человѣкѣ все то, что препятствуетъ дѣйствію благодати. Въ этомъ ■отношеніи дѣло пррповѣди есть чистоотрицатедьное; кромѣ того, она можетъ ■быть однимъ изъ орудій положительнаго ^дѣйствія самой благодати. Итакъ, проповѣдникъ есть лицо, самою церковью избранное и аолучившее отъ нея призваніе быть посредникомъ между нею и частными лицами. Проповѣдь есть орудіе этого посредпичества. Мы сказади, что она можетъ относиться къ невѣрнымъ и къ членамъ церкви. Отсюда два рода проповѣдей. Отстранивъ первый, будемъ говорить о второмъ. Здѣсь выражается значеніе проповѣдпика непосредственно: его можно созерщать. Окончивъ божественную службу, святитедь выходитъ на средину храма и становится на амвонъ. За нимъ алтарь, на которомъ совершадось приношеніе безкровной жертвы; передъ нимъ собранные ■чдены церкви. Та же двойственность явдяется въ самой проповѣди. Общее содержаніе заимствуется изъ догматическихъ и нравственяыхъ началъ церковнаго ученія; сдучай, • на который проповѣдь говорится, изъ жизни. Проповѣдникъ представляетъ отношеніе этихъ двухъ эдементовъ, дѣй- -ствительное и идеадьное: то, которое есть, и то, которое должно быть. Характеръ дѣйствитедьнаго отношенія опредѣдяетъ «амая потребность проповѣди. Необходимость посредничества свидѣтельствуетъ о расторженіи единства. Частныя липа не лмѣютъ той вѣры, которой требуетъ отъ нихъ церковь, и въ жизни своей наруіпаютъ ея законы. Убѣжденія и дѣла людей, какъ оскорбдяющія догматы и законы церкви—вотъ предметъ и содержаніе всякой проповѣди. Поэтому можно начертить сдѣдующую схему проповѣди. Двѣ части входятъ въ нее: догматическая и нравственная. Та и другая имѣютъ двѣ стороны: отрицательную и подожительную. Первая часТь можетъ содержать въ себѣ опроверженіе ложныхъ мысдей, суевѣрій, сомнѣній и пр., затѳмняющихъ чистоту вѣры, и уясненіе, напоминаніе догматовъ церкви. Вторая—обличеніе пороковъ и наставленіе въ добрыхъ дѣдахъ. Отъ проповѣди въ строгомъ смыслѣ, повидимому, разнятся нѣкоторые роды, какъ-то: торжественныя слова на важные случаи, надгробныя слова, похвальныя слова и пр. Но это тѣ же проповѣди, сложенныя изъ тѣхъ же двухъ составныхъ началъ: общихъ законовъ и частныхъ сдучаевъ; вся разница въ томъ, что проповѣдникъ не для того сближаетъ ихъ, чтобы открыть въ нихъ противорѣчіе, a напротивъ, приводитъ къ сознанію ихъ согласія. Онъ прославляетъ и хвалитъ какое-нибудь дѣдо иди лицо, потому что видитъ въ немъ это согласіе и жедаетъ возбудить сдушателей къ подражанію. Оба элемента все-таки удерживаются въ ихъ раздѣдьности. Оправданіе и похвала могутъ служить средствомъ точно такъ же, какъ и обличеніе. Изъ всего нами сказаннаго могутъ быть выведены еущественныя свойства■ проповѣди и главныя требованія. Проповѣдь сдужитъ церкви, воспитывая въ слушателяхъ членовъ, ея достойныхъ: поэтому въ общей, ноложительной части должна господствовать и ясно представляться идея церкви. Проповѣдникъ обязанъ говорить отъ имени церкви, не отъ себя; всѣ его совѣты, поуч;енія и наставленія доджны, вытекатьизъ существа самой церкви, а не изъ другйхъ нроизвольно утвержденныхъ началъ. Каждому сдову его даетъ вѣсъ и значеніе авторитетъ церкви. Поэтому, къ кому бы онъ нн обращался, онъ долженъ видѣть въ слу-
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4