— 298 — ва Китай; соединеніе Дона съ Волгою; заведеніе фабрикъ и мануфактуръ; отвращеніе отъ образованія французскаго; экспедиціи въ Америку и Мадагаскаръ; его политика съ Польшею и Турціею; мудрыя учрежденія о чиноначаліи; распоряженіе духовныхъ имѣній, его правосудіе, его народяость, его свѣтлыя понятія о реднгіи —что все это, если не сѣыена того, что докончено было посдѣ яего, и того, о чемъ тодько теперь мы начинаемъдумать? Могучее здоровье Петра не перенесдо далѣе —онъ изнемогъ и на одрѣ смерти нзрекъ великое, поучительное слово о тщетѣ замысловъ человѣческихъ: «Видитё лн, какъ бѣденъ человѣкъ!» Утѣшься, тѣнь великая! Если нотомъ направленіе, давное тобою Россіи, было иногда непонимаемо, "то Чесма и Наваринъ, Еагулъ и Бородино доказали неизмѣнность созданныхъ тобою флотовъ и войскъ; паденіе Польши, униясеніе Швецім, Турціи и Пруссіи доказали вѣрность начатой тобою политики. Нынѣ, когда внѣшнее образованіе Россіи кончено, когда мы иостигаемъ, въ чемъ должна состоять иажа евроаейская русская народность, основанная иа условіяхъ исторіи и географіи нашей, мы видимъ и необходимость всѣхъ ироизведенныхъ. тобою внутреннихъ преобразованій,, иостигаемъ, что ты одинъ ировидѣлъ судьбу Россіи, что былъ посланникомъ Провидѣнія, не могъ дѣйствовать ниаче, какъ дѣйствовалъ, не могъ- быть ииаче, какъ былъ. Вы, осуждающіе Петра, вспомните, какъ говорили ему бояре: «Гдѣ намъ, батюшка, русскимъ, сиознать заморскія хитрости!» вспомните, что дажѳ ири учрежденіи синода ему говорили еще о иатріархѣ; всиомните, какъ показывалъ онъ Неилюеву свои руки и говорилъ: «Трудиться надобно; я царь вашъ, a у меня мозоли съ рукъ не сходятъ»; вспомните, наконецъ, когда увлеченный иорывомъ снраведливаго гнѣва, съ горестью воскликнулъ онъ: «О Боже! будучи въ состояніи уиравлять государствомъ, я не могу управлять саыимъ собоюЬ Всиомните, когда онъ иодучилъ извѣстіе о разбитіи иодъ Нарвою, когда въ пыду Полтавской битвы шииѣди надъ головою его пуди; когда иодъ Прутомъ онъ хотѣлъ дучше умереть, нежели выдать Кантемира; когда. онъ писалъ сенату: «Если я иопадусь въ идѣнъ турецкій, не иочитайте меня вашимъ' царемъ и не сдушайте меня, пока я самъ не стану среди васъ; а если я иогибну выберите достойнѣйшаго между собою въ наслѣдники мнѣ! » — Не его ли рука писала къ виновному сыну: «Какъ отсѣкаютъ чденъ, пораженный неисцѣдьною болѣзнію, такъ я лишу тебя наслѣдства, и ие думай, чтобы я остановидся потому, что ты у меня одинъ сынъ: клянусь Богомъ! если я за мое отечество и людей моихъ живота не жадѣю, могу ли сына иожадѣть? Пусть будетъ чужой добрый, нежели свой непотребный. Ради дюбви отеческой не попущу разрушить всего, что я многолѣтними трудами, нотомъ и кровію состворилъ...» «Да ироизноситъ каждый изъ насъ съ бдагоговеиіемъ священное имя Петра!» сказалъ Годиковъ. Это слово красиорѣчиво своею истиною. Н. ІІолвбОй. 122. 0 духовномъ краснорѣчіи. Между всѣми родами краснорѣчія первеиство неосиоримопринадлежитъкраснорѣчію духовному. Оно нринадлежитъ ему; во-первыхъ, по характеру элемента общаго, составляющаго его осиовное содеряганіе; во-вторыхъ, ио свойству элемента частнаго, насколько онъ подъ это общее подводится. Краснорѣчіе духовное сдулштъ вѣчнымъ, абсолютнымъ истинамъ, догматамъ вѣры и нравственнымъ закоиамъ, свышеоткрытймъ человѣчеству. Не случайный и часто измѣняющійся законъ гражданскій, ''условленный внѣшними, жизнеиными иотребностями общества, не преходящія судьбы того иди другого народа даютъ ему значеніе, а вѣчно и безусдовно истинное. Поэтому сфера, оглашаемая словомъ ироповѣдника, обнимаетъ всѣ времена и всѣ иароды. Проиовѣдь, къ кому бы въ особенности она не быда обращена, относится вообще ко всѣмъ; ея оила и зна-
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4