— 275 — яе проиграть окончательно заклада, по- <«ѣжали къ матери Василія, принесли ей швдарки и стали просить: Матера вдова Амелфа Тимоѳеевна! Прими у насъ дороги подарочки: Уйми свое чадо милое! Отаруха естественно склонна къ тишияѣ и спокойствію. Она пбсылаетъдѣвушчсу-чернавупгку взять Васеньку съ побоижп,а я привести къ ней домой. Богатырь, огь котораго трясется вся улица, поколряется безропотно: Ирийѣжала дѣвушка-чернавушка, Охвахила Ваську ва бѣпы руки— Потаіцила къ матушкѣ родимыя, Приіащітла Ваську на широкій дворъ. Покорность эта въ духѣ тогдашнихъ гяравовъ и понятій. Въ семейномъ быту аласть матери считаласьсвященнѣе и выше власти отца. Бвзъ материнскагоблагословенія небылоудачивъ ясизнн. Рьяный, аіеугомонный молодецъ дѣлался нижетравы, тише воды передъ матерью. Тутъ 4илъ чистый расчетъ. Что же, если удалецъ не послушаетъ, какая изъ этого ему жорысть?—Материнскаго благословенія не €удетъ; и ему удачи не будетъ; и сила его будетъ не въ сиду. Оттого и Василій такъ поко]эно отправился вслѣдъ за дѣвушкойчернавушкой. Мать занерла его. Пѣсня за то называетъ ее неразмышленой. А и та старуха неразмышлена — Посадиаа въ погреба глубокіе Жолвда Василія Буслаевича, Затворяда дверьми желѣзными, Запирапа вамки булатными. Дѣйствительно, старуха не разсудила, •яоступиівши такъ съ Василіемъ. Закладъ ■былъ сдѣланъ; договоръ подписанъ. Драка не прекратится оттого, что Василія нѣтъ на улицѣ. Противники его умышленно разсчитали, что безъ Василія дѣло обратится на ихъ сторону, а иотому хитро и лостарались отвлечь его отъ боя. Дружина осталась безъ атамана. Противникистали «долѣвать. Тогда пошла дѣвушка-чернааушка къ Волхову; и проходила она мимо яіобоища, и видѣла, какъ одолѣвали мужики Васильевыхъ побратеяниковъ; они подбѣжали къ ней и стали говорить: Гой еси ты, дѣвушка-чернавушка! Не подай насъ у дѣла ратнаго, У того часа смертнаго. Иначе—они просили, чтобъ она освободйла Василія. Но мужики-нротивники, завидя ее, бросились на нее: И тутъ дѣвушка-чериавушка ■Бросала она ведро кленовое, Брала коромысло кипарисово; Коромыолоаъ тѣмъ стала она помахиват По тѣмъ мужикамъ новгородскииъ. Какъ ни эпиченъ кажется этотъобразъ героини, но: онъ не совсѣмъ лишенъ исторической дѣйствительности. Въ новгородскихъженщинахъбыла мужественность: въ судѣ, когда дѣло доходило до поля жонка съ жонкою становилась на бой— дѣло было обычное и законное. Не мудрено, если и дѣвушка-чернавушка изъ Буслаева дома богатырски отмахивалась отъ мужиковъ: И тутъ дѣвка вапыхалася, Побѣжала къ Василію Буслаеву: Орывала замки булатные, Отворяла двѳри желѣвныя: А и спитъ Василій или такъ лежитъ? — Твою дружину хоробрую Мужики новгородскіе Всѣхъ прибили, переранили, Булавами буйны головы пробиваны. Дѣвушка-чернавушка освобождаетъ сама Василія. Но, можетъ-быть, и матушка тогда не противилась: матушкадолжна же была одуматься и разсудить, что еслиВа: сильеву дружину побѣдятъ, то доберутся до ея дома, и тогда придетея ея сынку плохо. Какъ бы то ни было, Василій, освобожденный изъ заключенія, бросился стремглавъ: не попалъ—говоритъ пѣсня— палиды желѣзной, попалась ему ось телѣжная —обычный образъ для означенія храбрости героя, который такъ силенъ и ловокъ, что и съ такимъ пдохимъ оружіеш. можетъ творить чудеса! Выскочилъ Василій, и не доетигъ еще моста, гдѣ дружина его, изнемогая, отдавала бока своиподъмужичьи кулакии палкн... Вдругъ передъ нимъ явленіе—стартаще-пшшгри18*
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4