— 273 — быдъ меныпимъ, а все-таки братомъ, a не подчйнбннымъ Великому Новгороду. Вѣсть о пржзывѣ на братство разнеслась быстро. Въ славномъ Новгородѣ тогда" быди грамотные люди. Бодьшой дитературной образованности, конечно, не было; зато грамотность должнабыла быть тогда обычнымъ дѣломъ. Вѣчевыя дѣда производились письменно; концы, улицы составляли приговоры, другъ съ другомъ переішсывались; торговыя и гражданскія сдѣлки совершались на письмѣ. Сами пастыри русскіе признавади за новгородца- , ми то достоинство, что они были нароДъ книжный. Замѣчаніе въ пѣснѣ о грамотныхъ людахъ въ Великомъ Новгородѣ осталось, какъ воспоминаніе угасшей старины для послѣдующихъ вѣковъ, когда уяю пѣсня приняла изжѣненную нодъ влщніемъмосковскойнародностиредакцію. Когда созывались братья съ улицы, нельзя же было принимать всякаго охотника въ братство безъ опыта. Въ пѣснѣ Буслаевичъ испытываетъ своихъ названыхъ братьевъ такимъ способомъ: прихожій молодецъ подойдетъ къ ноставлен^ ному посрединѣ двора чану съ виномъ, выпьетъ чару—Васидій ударитъ его дубиноювъ двѣнадцать пудъ. Молодецъ стоитъ не шевельнется, и на' буйной головѣ кудри у него не тряхнутся. Это значило— годится , молодецъ въ побратенники. Въ • нереводѣ на историческій языкъ этотъ эпическій образъ означаетъ, что Васидій боролся (іъ Еаждымъ или дрался на палкахъ, по новгородскому обычаю. Такъ точно и у скандинавовъ нерѣдко два богатыря сходились между собою на поеди' нокъ; когда одинъ узнавалъ, что другой такъ же сиденъ и неустрашимъ, какъ онъ самъ, то оба кидали оружіе, бросались другъ къ другу- въ объятія и заключали взаимное братство. Такъ сходились молодцы къ Василію. Пришелъ Костя Новоторженинъ, приніли Потанюшка Хроменькій, Хомушка Горбатенькій; пришли потомъ два сына боярскіе, братья родные; нришли мужики Залѣшпне; семь братьевъ Сбродовичи. Всѣхъ надобно было опробовать. Кто выдерживалъ испытаніе, тому Василій говорилъ: Галаховъ. Хрестоматія. Т. I. - А и будь мнѣ наеваный братъ, И паче маѣ брата родимаго! Но приходившіе охотники не всѣ выдерживали нелегкое иснытаніе. Были такіе, что заходиди невпопадъ, слишкомъ на себя понадѣявшись; ихъ изломаютъ и за ворота выбросятъ. И прибралъ Висилій много-много товарищей; Набралъ онъ ихъ три дружины въ Новѣгородѣ; и пошелъ Василій со своими яазванымв братьями искать приключеній и случая начать задоръ съ новгородцами—отистить имъ за то, что они на него жаловались, Была братчина-Никольщина. Это было обычное увеселеніе на Руси. Братчина носила характеръ правильно организованной общиньіѵ Каждый участникъ давалъ отъ_ себя часть, и это называлось ссыпь. Избирали пирового старосту, который долженъ быдъ учреждать- пиръ и наблюдать порядокъ. Въ старину, при соблюденіи натріархальныхъ отношеній, ссынь давалась натурою—съѣстнымиприпасами, солодомъ, ячменемъ, медомъ для напитковъ. Но впослѣдствіи стали ссыпщики давать свою часть деньгами, а дировой староста распоряжался покупкою. Сумма эта, какъ видно, хотя и опредѣдядась заранѣе, но иной ссыпщикъ могъ дать и больше другихъ, смотря по достатку и по щедрости. Братчина на этотъ разъ отправлялась въ приходѣ св, Николая— вѣрно по поводу храмового праздника. Церковный старостабыдъ старостоюпира. Распорядители братчины не знали Васидія; но Василій пришелъ самъ въ братчину со своими побратеннпками. Спрашиваетъ: по сколько въ братчинѣ съ брата берется; и самъ даетъ за себя и за товарищей гораздо болыпую сумму, чѣмъ платидось вообце; но собственно за свок> особу онъ даіетъ вдесятеро больше, чѣмъ. за каждаго товариіца: за себя пятьдесятъ рублей, за каждаго названаго брата пять рублей. Здѣсь тоже видна потеря древияго равенства отношеній: Василій счиг таетъ себя въ десять разъ выше своихъ побратенниковъ. На Василія была тайная ужѳ злоба. Василій, запдативши больше всѣхъ и притомъ окруженный своею друясиною, сознавалъ свое лервенство между всѣми, 18
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4