— 202 — Хоть у меня довопьно силы, Но дпя меня она ужасно какъ тяжка". To, что называется у насъ находчивостью ума, Крыловъ часто показывалъ самымъ неожиданнымъ и оригинальнымъ образомъ. Разъ выпросилъ онъ у Оленина дорогую и рѣдкую книгу на домъ къ себѣ для прочтенія. Это было роскошное изданіе «Описаніе Егилта», котороесоставлено во время кампаніи Наподеона. Поутру за своимъ кофе, чтобы разглядѣть все яснѣе, онъ сидѣлъ у окна на стулѣ, который вмѣстѣ съ столикомъ стоялъ на придѣланномъ тутъ возвыженіи. Положивъ передъ собою огромную книгу и разогнувъ ее такъ, что одна половина бнла на етоликѣ, а другая на окнѣ, онъ, поддерживая лѣвой рукою корешокъ, дюбовался предестными гравюрами, приложенными къ тексту. Вдругъ онъ почувствовалъ, что его столъ покачнулея, какъ будто соекодьзнувжи съ возвышенія. Усиливаясь сохранить равновѣсіе, Крыловъ второпяхъ ехватился правою рукою за блюдечко чашки съ кофе. Чашка опрокинудась на книгу, и разогнутые листы фоліанта облиты были кофе. Въ одно мгновеніе онъ оросидся въ кухню, которая только узенькимъ коридоромъ отдѣлядась отъ залы, гдѣ произошла бѣда. Охвативъ ушатъ съ бывшею въ немъ водою, онъ втащилъ его въ залу и, кинувъ на полъ разогнутую книгу, сталъ подивать ее изъ ушата. Служанка, всѳ это видѣвшая, но ничего не понявшая, опрометью бросилась наверхъ къ Гнѣдичу, призывая его къ Крылову и давая чувствовать намеками, что баринъ ея ле въ своемъ умѣ. Вотъ какъ разсказывадъ объ этомъ Гнѣдичъ, немножко всегда театрадьный: «Вхожу. На полу море. Крыловъ съ поднятымъ ведромъ льетъ на книгу воду. Я кричу въ ужасѣ. Онъпродолжаетъ». Опорожнивъ ушатъ, Крыдовъ разсказалъ о случившейся бѣдѣ и изъяснилъ, что безъ воды небыло никакого способа сйести съ листовъ пятна кофе. И въ самомъ дѣлѣ, когдапросушилъ онъ книгу, на ней ничего не остадось, кромѣ желтенькой полоски на краяхъ страницъ. Къ славѣ своей Крыловъ не былъ не чувствителенъ. Онъ при всей осторожности своей и наружвомъ хладнокровіи, съ большимъ чувствомъ и какъ бы бъ. умиденіемъ разсказывадъ о слѣдующещъ. Однажды лѣтомъ шелъ онъ но какой-то улицѣ, гдѣ передъ домами были разведены садики. Онъ издали замѣтилъ, чта за одною изгородкою игради дѣти и съ ними была дама, вѣроятно, мать ихъ. Прошедши это мѣето,'случайно взгдянудь онъ назадъ — и видитъ, что дама брала дѣтей поочередно на руки, поднимала ихъ надъ заборчикомъ и глазами своими указывала наКрылова каждомуизъ нихъ. Изъ другого происшествія, которое сначала подьстило его самолюбію, а послѣ укололо его, онъ всегда выводидъ нравоученіе, какъ смѣшно полагаться на свою извѣстность. Крыловъ зашедъ когда-то въ лавку Королева, что прежде была подъ. англійскимъ магазиномъ. Ему хотѣлось полакомиться устрицами, до которыхъ онъ былъ большой охотникъ. Тамт> увидѣлъ онъ много подобныхъ себѣ га~ строномовъ и въ томъ числѣ дѣйствительнаго тайнаго совѣтника Р***. Рас-' плачиваясь за устрицы и не сомнѣваясьу чтобы его тамъ не знади, этотъ госпо-, динъ спросидъ у лавочника, можетъ ди онъ повѣрить ему на слово, такъ какътеперь у него недостаетъ нѣсколько денегъ, чтобы все запдатить по ихъ счету. Купецъ извинился, что не имѣетъ честв внать его, и, обращаясь къ Крылову,, прибавилъ: «вотъ если угодно поручитьеа за васъ Ивану Андреевичу, то я съ удоводьствіемъ повѣрю» —«Какъ же меня знаешь ты?» спросидъКрыловъ.—«Помилуйте, ИванъАндреевичъ», отвѣчалъ добродушно лавочникъ: «да васъ, я думаю, всякій мальчишка накаждой улицѣ знаетъ». Возвращаясь домой, Крыдовъ зашелъ передъ окнами своей квартиры въ лавку гостинаго двора, чтобы купить нотной бумаги: «За деньгами», сказалъонъ, «при~ шлите ко мнѣ на домъ; я живу здѣсь ви двухъ шагахъ отъ васъ; вѣдъ вы мена. знаете: я Крыловъ».—«Какъ можно знать. вСѣхъ людей на свѣтѣ?> проговорилъ ку~
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4