— 166 — однако онъ всегда чувствовалъ отзйвы этой болѣзни. Только необыкновеннокрѣнкое сложеніе могло спасти его отъ калѣчества или и самой смерти, какъ въ этомъ, такъ и въ другихъ случаяхъ его жизпи. Такъ, напрямѣръ, будучи уже старше шестнадцати лѣтъ, онъ на всеыъ скаку упалъ съ лошади_,. черезъ ея голову, и такъ сильно ударился тыломъ о землю, что на всю жизнь остался сутуловатымъ. Но, неемотря на всѳ это, онъ всегда былъ здоровъ и крѣпокъ. На десятомъ году Кольцова начали учить грамотѣ, подъ руководствомъ одного изъ воронежскихъ семинаристовъ.Такъ какъ грамота ребенку далась, и онъ скоро ей выучился, его отдали въ воронежское уѣздное училище, изъ котораго онъ .былъ взятъ, пробывши окодо четырехъ мѣсяцевъ во второмъ классѣ; такъ какъ онъ умѣлъ уже читать и писать, то отецъ его и заключилъ, что болыпе ему ничего не нужно знать, и что воспитаніе его кончено. He знаемъ, какимъ образомъбылъ онъ переведенъ во второй классъ, и вообще чему онъ научился въ этомъ училищѣ, потому что какъ ни лорбтко мы знали Кольцова лично, но не замѣтили въ немъ никакихъ признаковъ элементарнаго образованія. Мало того: изъ примѣра Кольцова мы болыпе всего убѣдились въ важности эдементарнаго образованія, которое можно получить въ уѣздномъ училищѣ. При всѣхъ его удивительныхъ способностяхъ, при всемъ его глубокомъ умѣ, подобно всѣмъ самоучкамъ, образовавшимся урывками, почти тайкомъ отъ родительской власти, Еольцовъ всегда чувствовалъ, что его интеллектуальному существованію недостаетъ твердой почвы, и что, вслѣдствіе этого, ему часто достается съ трудомъ то, что легко усвоивается людьми очень недалекими, но воспользовавшимися благодѣяніями первоначальнагообученія. Такъ, напримѣръ, онъ очень любидъ исторію, но многое въ ней было для него странно и дико, особенно все, что относилось до древняго міра, съ которымъ необходимо сбдизиться въ дѣтствѣ, чтобы понимать его. Для всяваго, кто и въ уѣздномъ училищѣ прошелъ хоть Кайданова исторію, незамѣтно дѣлаются какъ будто родственнымш имена героевъ древности. - Древняя жизньи древній бытъ такъ не похожи на нашу жизнь и нашъ бытъ, что только черезънауку, въ лѣта дѣтства, можемъ мыосвои-' ваться съ ними и юршыщтъ находитьихъ возможными и естественными. Всдѣдствіе этого же недостатка въ элементарномъ образованіи, Кольцовъ, при всей глубокости и гибкости своего эстетическаго вкуса, не могъ понимать «йліады», хотя и не -разъ принимался читать е& въ переводѣ Гнѣдича,—между тѣмъ какъШекспиръ восхищалъ его даже въ посредственныхъ-и пдохихъ переводахъ, и: онъ съ жадностію собиралъ, читалъ и перечитывадъ-ихъ. Что онъ не много вынесъ изъ училища, хотя и пробылъ-четыре мѣсяца даже во второмъ классѣ— это всего яснѣе видно изъ того, что онъне имѣлъ почти никакого понятія »■ грамматикѣ и писалъ вовсе безъ орѳо-- графіи. Неемотря на то, съ училища началосьдля Кольцова пробужденіе его интеллектуальной жизпи: онъначалъпристращаться къ чтенію. Получаемыя отъ отцаденьги на игрушки .онъ употреблялъ . па покупку сказокъ, и «Бова Королевичъ» съ^ «Ерусланомъ Лазаревичемъ»составдялиего любимѣйшее чтеніе. На Руси не однаодаренная богатою фаптазіею натура, подобно Кольцову, начала съ этихъ сказокъ свое литературное образованіе. Охота къ сказкамъ всегда есть вѣрный признакъ въ ребенкѣ присутствія фантазіи; и наклонности къ поэзіи, —и иереходъ'- отъ сказокъ къ романамъи стихамъочень. естественъ: тѣ и другіе даютъ пищу фантазіи и чувству, съ тою только разницею,. что сказки удовлетворяютъ дѣтскую фантазію, а ромапы и стихи составляютъ-потребность уже болѣе развившейся и болѣе подружившейся съ разумомъ фантазіи. Но вотъ особенная черта, обнаружившая въ Кольцовѣ не только пассивную&■ воспринимающую, но и дѣятельную фантазію: читая сказки, онъ почувствовалъ. охоту составлять самому что-нибудь въихъ родѣ. Но такъ какъ тогда онъ.
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4