— 144 — ванная дѣйствитедьностью мысль не обрѣтала покоя и въ той области, гдѣ, понастоящему, должпы разрѣшаться всѣ противорѣчія нашего еуществованія, въ ясномъ сознаніи ихъ примиряющаго закона. Въ наукѣ шла та жѳ борьба, что и въ жизни. Въ концѣ XI столѣтія уже начался споръ между реалистамии номиналистами, отозвавшійся вскорѣ въ богословіи и иолучившій впослѢдствіе великое значеніе. Въ ХШ вѣкѣ, т.е. въ эсоху, о которой мнѣ продстоитъ сегодня бесѣдовать съ вами, этотъ споръ перешелъ на другую почву. Парижскій университѳтъ, отстаивая логическій элементъ въ средневѣковой наукѣ, велъ ожесточенную борьбу съ мистическими стремлбніями франдисканцевъ и доминиканцевъ. О наиравленіи тогдашняго мистицизма можно судить ио уцѣлѣвшимъ отрывкамъ изъ сочиненій генерала францисканскаго ордена, Іоанна Пармскаго. Онъ произноситъ безуеловный приговоръ надъ свѣтскимъ государствомъ, надъ семействомъ, надъ собственностыо, надъ внѣшней дѣятельностью, и прнзываетъ всѣхъ къ жизни исключительно созерцательной, дабы скорѣе сверпшлись земныя судьбы человѣка. Папа долженъ былъ положить конецъ этимъ преніямъ, тѣмъ болѣе опаснымъ, что они находили сочувствіе внѣ школы, въ народныхъ массахъ, жадно принимавшихъ всякое новое ученіе, толкуя его сообразно своимъ понятіямъ. Въ началѣ ХПІ столѣтія подавлена была ересь Албигойская. Та же участь постигла нѣмецкихъ ІПтединговъ и разнообразныя, но равно вр^ждебныя западной . Церкви секты, возникшія во Франціи и въ Италіи. Папство одолѣдо, оиираясь на свѣтскія власти; но нобѣжденныя ереси продолжали существовать втайнѣ, не отказывались отъ своихъ на- ., деждъ и ждади толысо удобнаго случая, дабы возстать съ свѣжею силою. Неужели этому хаотическоыу, но иснолненноыу безконечной энергіи міру суждено было истощить свои силы въ безвыходныхъ борьбахъ и неразрѣшимыхъ вопросахъ? Отдѣльный человѣкъ и цѣлое общество равно нуждаются въ порядкѣ и, законѣ; для нихъ равно невыносимо безнача.ііе въ области не связанныхъ никакимъ единствомъ явленій. Такое единство пытались дать срѳдневѣковому міру вожди его: имнераторъ и напа. Поетавленные развитіемъ исторін и глубокимъ сознаніемъ нравственныхъ потребностей своего времени во главѣ общественнаго мнѣнія западной Евроны, намѣстники св. Петра. стремились къ одной цѣли съ преемниками Карла Великаго. Но каждая изъ этихъ властей требовала себѣ первенства и главной роли въ задуманномъ дѣлѣ. Къ прежнимъ раздорамъ присоединился новый, котораго причиною была неосуществимая потребность мира и порядка. Ни римскимъ папамъ, ни германскимъ императорамъ не суждено было удовлетворить этой нотребности, высказавшейсж также и въ Крестовыхъ походахъ, Этодвиженіѳ носитъ двоякій характеръ: съ одной стороны, оно было вызвано прѳобладаніемъ религіознаго чувства; съ другой —современнымъ состояніемъ евроаейскаго общества. Всѣ тогдашнія сосдовія съ равнымъ жаромъ устремились въ страну, освященную земною жизнію Искупителя, и каждое несло съ собою свои надежды. Каждое изъ нихъ думало осуществить на той священной почвѣ свой политическій идеалъ. Горожане и вилданы уходили отъ феодальнаго гнета; барона манила возможность создать чистоефеодальное государство, не стѣсняясь об-' ломками историческихъ учрежденій, уцѣлѣвшихъ въ Евронѣ; идеаломъ клерикат возложившаго на себя знаменіе крестоносцевъ, было ѳеократическоегосударство,. не удавшееся Григорію TIL Цѣли эти не были достигнуты. Горько обманутые въ своихъ надеждахъ, народы Запада перестали думать о завоеваніи Азіи и устрёмили свою дѣятельность въ другую сторону, на другіе предметы. Если бы Евроиу ХШ столѣтія могла нривести къ единству одна геніальная личность, та задача была бы скоро рѣшена. Въ такихъ личностяхъ не было недостатка.Вспомните о послѣднемъ императорѣ изъ дома Гогенштауфеновъ, о Фридрихѣ Н Эта странная, можно сказать, страдавшая избыткомъ силъ личность не нашла себѣ
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4