b000000221

511 онъ, по прежнему, будетъ служить великому государю, какъ служилъ отецъ его Сеферъ- Гази-ага и, по примѣру отца, будетъ дѣлать то, что царскому величеству годно. «Только бы, — продолжалъ Исламъ-ага, — великій го- сударь за службу пожаловалъ меня, велѣлъ взыскать своимъ жалованіемъ, какъ ему Богъ извѣститъ. А отецъ мой и убитъ за то, что служилъ великому государю. Нынѣ я не боюсь никого. Которые люди были при Му- хаммедъ-Гиреѣ царѣ въ приговорахъ сильны и царя Мухаммедъ - Гирея до добраго дѣла и до миру не допускали съ великимъ госуда- ремъ, и отцу моему мѣшали, и тѣ всѣ нынѣ стали отъ приговоровъ далеки. Нынѣ я дѣ- лаю, по милости государя своего, не боясь никого, и мѣшать мнѣ некому. И какъ я сдѣ- лаю великаго государя дѣло, что царскому величеству годно, и я въ тѣ поры по тебѣ, боярина, пришлю и скажу тебѣ». Исламъ-ага, однако, ошибался, полагая, что ему, обезпеченному поддержкою въ Царь- градѣ, уже некого было бояться въ Крыму, и что будто бы некому мѣшать ему дѣлать «годное» великому государю. Ширины были на- лицо и злобно слѣдили за каждымъ ша-