b000000221

442 ты бъ, бояринъ, билъ челомъ и милости про- силъ у великаго государя, чтобы онъ пожало- калъ, указалъ послать окупъ за тебя на Тер- ки или въ Запороги, чего мы просимъ окупу за тебя. А какъ великій государь указкетъ послать окупъ за тебя и о томъ велитъ отпи- сать къ Аадиль-Гирею царю, и царь Аадиль- Гиреи пошлетъ тебя на Терки тотчасъ. А Донъ и ближе Терка, но намъ послать тебя на Донъ и окупъ взять на Дону нельзя, боим- ся Калмыковъ: либо тебя отобьютъ и деньги, что за тебя возьмутъ, отъимутъ». Вновь блеснувшій лучъ надежды на осво- божденіе изъ неволи оживилъ, поднялъ силы Василья Борисовича Шереметева. Онъ сей- часъ-же сѣлъ за отписку къ государю, въ ко- торой, изложивъ отъ слова до слова всю рѣчь Исламъ-аги , обращается съ такймъ разди- рающимъ душу воззваніемъ къ милосердію царя Алексѣя Михайловича: «И я, холопъ твой убогой и погибающій, милости прошу у тебя, праведнаго и милосердаго великаго го- сударя, помилуй холопа своего погибающаго. Взыщи своею государскою милостію душу мою грѣшную и убогую голову. Не дай мнѣ, милостію своею государскою, въ дальней не-