b000000221

322 уѣхать назадъ, въ свой Воскресвнскш мо- настырь, и тамъ ожидать суда вселенскихъ патріарховъ. Разумѣется, здѣсь не мѣсто вхо- дить въ подробности возникшаго за тѣмъ слѣдственнаго дѣла о бояринѣ Зюзинѣ, ко- торый, какъ оказалось, вызвалъ Никона въ Москву, отъ имени самого государя. До сихъ поръ дѣло это остается неяснымъ, даже за- гадочнымъ, ибо, дѣйствительно нельзя съ до- статочною твердостію сказать, что Никонъ пріѣхалъ безъ вѣдома царя Алексѣя Михай- ловича 314 . Въ такое то смутное время прибыли въ Москву посланцы гетмана Ърюховецкаго, полковникъ Шиманъ и войсковой писарь Шубо. Ихъ помѣстили въ Китай-городѣ, на Вологодскомъ архіерейскомъ подворьѣ, не- подалеку отъ Еизильбашскаго двора, въ ко- торомъ проживали Персидскіе купцы или, аі4 Извѣстно, что патріархъ Іерусалимскій Нектарій, въ грамогЬ къ ЦаР 10 Алексѣю Михайловичу, отъ 20 марта 1664 года, прямо писалъ: «намъ кажется, что вы можете покончить дѣло ыирнымъ образомъ. Пригласите однажды и дважды киръ Никона, что ъ онъ возвратился на свой првстолъ».,. Грамота эта, по словамъ царя Алексѣя Михайловича «зѣло поздо приспѣ». Она будто бы пришла въ Москву послѣ описанпаго случая въ Успенскомъ оборѣ 18 декабря того-же года. Правдоподобно ли, чтобъ такой важный документъ, какъ грамота вселенскаго патріарха къ Москов- скому царю, могъ пробыть въ пути девять мѣсяцевъ!..