b000000219

— 40 — смертью еще любовнее и теснее, чем прежде. Спасибо вам за ваше письмо. Я ждал именно его. Помогай вам. Бог делать общее наше дело, дело любви — словом, делом, воздержанием, усилием: тут не сказал словечка дурного, не сделал того, что было бы хуже, тут преодолел робость п ложный стыд, и сделал я сказал то, что надо, что хорошо, то, что любовно, — все крошечные незаметные поступки и слова, а из этих-то горчичных зереп вырастает это дерево любви, закрывающее ветвями весь мир. Бот это-то дело помогай нам рог делать с друзьями, с врагами, с чужими, в минуты высокого и самого низкого настроения. И нам будет хорошо, и всем будет хорошо» 1 ). В то же время Л. Н — ч продолжал переписываться с друзьями. Весной он пи- сал Н. Н. Ге из Москвы: «Я очень много работал. Все то ; что должно войти в XII том н потому не уезжал. По письму вашему вижу, что житейское болото засасывает вас. Держитесь, голубчик, как и я стараюсь держаться, твердо зпая, что мое дело (такое же и ваше) содействовать установлению Царства Божия на земле, уясняя его законы, но делая это не иначе, как при доброй жизни, добрая же жизнь — в любовных отношениях со всеми людьми. Мне до сих пор помогает Бог в последнем. . Помогай Он и вам. Мне представляется, что дело наше — уяснение истины; она бывает мертвая, ершом, не входит в людей, и прежде выражения истины, нужно- расположить людей любовью к принятию ее» 2 ). Полный такими мыслями, Л. П— ч в личной жизни старался следовать им и он действительно жил простой рабочей жизнью, насколько позволяли ему его силы и насколько .возможно было, не нарушая любви, изменить обстановку своей жизни. Николай Николаевич Ге был в это время поглощен огромной религиозно-худо- жественной работой. Он задумал иллюстрировать новые произведения Л. Н — ча. Одними из первых он сделал иллюстрации к рассказу «Чем люди живы». Эти иллю- страции были изданы альбомом фототипий фотографом Пановым. Л. Н — ч много хлопотал об этом издании. Иллюстрации ему нравились и по настроению, передан- ному в них, и мастерству работы. Издание этих иллюстраций относится именно к этому времени, т.-е. к весне 1886 года. Всегда тяжелая для пего городская жизнь, весной, с оживлением природы, де- лалась ему не под силу. На этот раз он задумал воспользоваться полной свободой и пошел в Ясную Поляну из Москвы пешком. Накануне он написал об» этом Черткову: «Не знаю, что буду делать дорогою и в деревне, но надеюсь, что буду чем-пи- будь служить за корм. Иду же, главное, за тем, чтобы отдохнуть от роскошной жизни и хоть немного принять участие в настоящей». И вот, 4-го апреля, вечером, он вышел, с котомкой за плечами, из Москвы через Серпуховскую заставу, в сопровождении двух молодых друзей: Ник. Ник. Ге, сына художника, и Михаила Александровича Стаховича. Самое отправление не обошлось без курьезного обстоятельства. Стахович, не- ожиданно для себя собравшийся сопровождать Л. Н — ча, пе захватил с собой пас- порта. Вспомнили какой-то закон, дозволяющий двум дворянам удостоверять лич- ность третьего, и вот Л. Н — ч своей рукой написал удостоверение личности Стахо- вичу, подписался и П. П. скрепил. "И с этим паспортом, выданным ему Л. Н— чем, он и отправился в путь 3 ). Для Л. Н — ча такая прогулка, кроме принципиального значения, удовлетво- рения самому своим нуждам, имела еще значение широкого и свободного общения с народом; общение это всегда давало духовную пищу ему самому и потом отража- лось в художественных образах, становившихся достоянием всего человечества. 1 ) Архив Черікова. 2 ) Архив Черткова. , 3 ) Оригинал этою паспорта находится в Толстовском музее в Петербурге.