b000000219

— 27 — 'вильон, в котором теперь пишу к вам и который появился лишь нынче весною. В 5 часов обед; каждая семья особо. В 8 часов детский чай; в 10 часов чай и ужин для взрослых, сходятся обе семьи и проводят время до полуночи, потом расходятся. Людно и пестро чрезвычайно; между обедом и- чаем прогулки, купанье и всякое без- делье. Переписка у него огромная, т.-е. он много получает писем с просьбами о деньгах и о советах, на которые не, отвечает. Но кроме того переписывается с г людьми, работающими для издания книжек и картин для народа. Словом литератур- ная его деятельность кинит. Жена теперь держит корректуру нового издания собра- ния сочинений, и я помогал; кроме того она приводит в порядок и переписывает' все старые рукописи. В новом собрании будет напечатано кое-что и неизданное» :1 ). Этой же веспой 1885 года я получил от Льва Николаевича первое письмо. Трудно передать то впечатление восторга и умиления и какой-то счастливой гор- дости, когда іі взял в руки конверт с адресом, написанным его крупным, особенным почерком. Вот это письмо; «Большое спасибо вам, милый Навел Иванович, за ваше посещение Грибов- ского и за ваше письмо — такое обстоятельное п ясное. Если он сумасшедший, то не мне судить о его сумасшествии, потому что я давно уже такой же сумасшед- ший на 6-м десятке. А на 2-м десятке, как он, я давно бы сидел в одном из этих вертепов, которые называются больницами. «Пожалуйста сходите к Медведскому и передайте ему свое п мое — по письму Грибовского и по вашему впечатление. Мне очень интересны взгляды Грибовского. Если вы еще увидите его и он выскажет их вам, сообщите мне в общих чертах. Если он считает христианство истиной, то мы должны совпадать. Очень, очень вам благодарен и радуюсь общению с вами. Лев Толстой». В. М. Грибовский, за посещение и за отзывы о котором Л. Н — ч благодарит меня, был тогда 18-тилетним гимназистом, теперь он занимает значительный пост в педагогическом мире. Он писал Л. Н — чу, что прочтя его исповедь, он почувствовал к нему духов- ную близость и продолжает так; «Вам, человеку, далеко от меня отстоящему по общественному положению, че- ловеку незнакомому, я хочу раскрыть свою душу и передать для проверки мысли. В 11 лет я был атеист, в 16 — я дошел до мысли о бесполезности жизни и до само- убийства. Судьба меня доводила до буквальной нищеты, заставляла переносить все- возможные унижения, заводила в притоны дикого разгула и разврата, я видел все- возможные страдания нашего интеллигентного и простого пролетариата, я участво- вал в заговорах поляков, я 'вращался во всевозможных политических кружках, си- дел в доме сумасшедших, был иод надзором полиции и при всем этом я гимназист, мне 18 дет и я сын бедного отставного чиновника. Но вынес я все невзгоды,, попал на некоторую дорогу, раз'яснил себе вздорный механизм всех кружков, сам своим страданием понял, что мне нужно и познал новую религию». Этот 18-тилетиий юноша, столько переживший, перечитавший всех филосо- фов и теологов, не нашедший в них удовлетворения, пишет Л. Н — чу с юноше- ским пыжом и наивностью; «Вы же первый хотите высвободить философию из ее .заколдованного круга, применить ее к действительной жизни и сделать ее доступ- ной каждому, основываете таким образом новую школу. Как человек, как писатель, как философ, вы замечательная личность и преклониться перед вами можно». Как раз в это время я был у Л. Н — ча в Москве и он просил меня зайти к Грибовскому и сообщить ему мое впечатление, , что я, конечно, поспешил иснолиить, и результатом, этого исполнения и было это первое письмо ко мне Льва Николаевича. 1 ) Ппсыга. И. Н. Страхова к Н. Я. Даншгевскоыу. «Р. В.» 1901, № 3, стр. 137.