b000000219

— 321 — Иного мнения об этом произведении строгий критик «Русской Мысли» г-н Про- топопов. Он признает только один внешний успех произведения и говорит, что больше всего пользы принес роман издателю Марксу. Впрочем, он наедит Даже, что и ро- маном «Воскресение» ішвать нельзя. Е счастью, голос его звучит сшершешо оди- иоко, если не считать нападков черносотенной прессы. Оригинальность его мнения заслуживает того, чтобы привести из его статьи некоторые выдержки: Бот что он говорит об успехе «Воскресения»: «Внешний успех романа вполне соответствует всемирной репутации автора: роман читался нарасхват, вышел в бесчисленных изданиях, переведен на все языки я заставил о себе говорить едва ли не все литературные органы и не всех литера- турных критиков мира. Но успех другого рода, успех внутренний, тот, который опре- деляется силой произведенного впечатления и прочностью влияния? Этого успеха роман Толстого не имел, никогда не возымеет, и это не только естественно, в порядке вещей, но и вполне разумно, и вполне справедливо. Вот пункт, который необходимо раз'ясннть», Раз'яснив и удовлетворившись «разносом» «Воскресения», критик делает себе такое возражение: «Читатель заметил, конечно, что я ничего не говорю о психологической сто- роне романа, сосредоточив все внимание на его общественных тенденциях. Кто яге воскрес в «Воскресении»? Что за люди Нехлюдов и Катя Мае лов, а и в чем выразилось их нравственное обновление, -если под воскресшими именно их подразумевать? Но дело в том, что никакой психологии в романе нет, да нет и никакого вообще романа, а есть страстный социально-моральный памфлет, направленный против наших' куль- турно-общественных идеалов и стремлений. Нехлюдов и Маслова отнюдь не харак- терны, не типы, это не более, как мариодайіі, 'изготовленные автором для про- изнесения нужных ему слов, для совершения нужных «у поступков» 1 ). С г-ном Протопоновым несогласны не только русские, но и европейские кри- тики; так, французский критик Нелисье говорит о «Воскресении» так: «Вместе с «Воскресением» Толстой возвращается к искусству. «Воскресение» является настоящим романом, а не известного рода трактатом». И далее он рассуждает так: «Воскресение» есть прежде всего прекрасное произведение по правдивости сцен и картин. Мы можем сравнивать Толстого с нашйми реалистами, только про- тивополагая его им. Нередко им сильно доставалось от него. Что ему не нравится в них, это прежде всего их нравственное равнодушие, даже у некоторых аффекти- рованное презрение ® людям. Ему не нравится также их нреадуществепнов стремле- ние показать нам наиболее худшее в жизни и мире. Но даже как художник он мало на них похож. Носледние насилуют природу, чтобы вложить ее в рамки, заранее намеченные; они выпускают в целом все то, что не связано тесным образом с пред- метом, в каждой картине все, что не содействует общему впечатлению. «Искусство Толстого более широко, более гибко, ближе к действительности. От этого известные недостатки, к которым я сейчас возвращусь, особенно растяну- тость, шокирующая паши латинские привычки. Но надо сознаться, что это искус- ство, менее строгое и менее сосредоточенное, дает нам лучшее ощущение самой жизни» 2 ). Приведем еще одно характерное место из статьи французского критика: «Сюжет романа сводится целиком к двум главным лицам. Как то, так и другое анализированы с тонкою и глубокою, правдивостью. Скажем лучше, автор не дает нам анализа, он поступает не так, как известные романисты, называемые психо- 1 ) «Русская Мысль». 1900, июнь. ^Не^рт мира сего». «Воскресение». Ром. в трех частях графа 1. Н. Толстого. Изд. А. Ф. Маркса. СПБ. М. А. Протопопова. Стр. 139. 2 ) «Русская Мысль». 1901. Март. Французский критик о «Воскресении» Л. Н. Толстого. Стр. 129. Биография Л. Н. Толстого, т. III. 21