b000000219

И затем Л. Н — ч определяет, что он понимает под истинной наукой и искус- ством. «С тех пор, как существуют ліор, у них всегда была наука, в самом ее про- стом и широком смысле. Наука, в смысле всех знаний человечества, всегда была и есть, и без нее немыслима жизнь: ни нападать на нее, пи защищать ее нет никакой надобности. Но дело в том, что область этих знаний так разнообразна, так много входит в нее знаний всякого рода— от знаний, как добывать железо, до знаний движения светил, — что человек теряется в этих знаниях, если у него нет руко- водящей нити, по которой бы он мог решать, какое из всех знаний самое важное для него и какое менее важно. «И потому высшая мудрость людей всегда состояла в том, чтобы найти ту руководящую нить, по которой должны быть расположены знания людей; какое из них первой, какое меньшей важности. «Те знания и искусства, которые содействовали и ближе подходили к основной науке о назначении и благе всех людей становились выше в общем мнении. «Такова была наука Конфуция, Будды, Моисея, Сократа, Христа, Магомета, наука такая, какою ее разумеют все люди, за исключением нашего кружка, так назы- ваемых, образованных людей. . > ( «У истинной пауки и истиного искусства есть два несомненные признака; первый — внутренний, тот, что служитель науки и искусства не для выгоды, а о самоотвержением будет исполнять свое призвание, и второй — внешний, тот, что произведения его понятны всем людям, благо которых он имеет в виду». И снова Л. Н— ч восклицает; «Так что же нам делать? Что же нам делать?». И отвечает так; - ( , «Первое; не лгать перед самим собой; как бы ни далек был мой путь жизни от того истинного пути, который открывает мне разум, — не бояться истины. «Второе; отречься от сознания своей правоты, своих преимуществ, особенно- стей перед другими людьми и признать себя виноватым. «Третье; исполнять тот вечный, несомненый закон человека — трудом всего существа своего бороться с природою для поддержания жизни своей и других лю- дей». В заключительной главе Л. Н — ч обращается к женщинам, как к той поло- вине рода человеческого, в руках которых находится воспитание подрастающего по- коления. В их руках, в их власти дать то или другое направление детям, и так как общественное мнение устанавливается привилегированным классом, то он и обра- щается, главным образом, к матерям богатого класса и говорит так; «Женщины-матери богатых классов, спасение людей нашего мира от зол, ко- торыми он страдает, в ваших руках». Чтобы хорошо понять содержание этой главы и форму ее изложения, нужно' вспомнить, что в 1885 году, именно тогда, когда Л. Н — ч писал эту книгу, он по- лучил сочинение, а" потом и вошел в переписку с автором этого сочинения, кресть- янином Тимофеем Михайловичем Бондаревым. Сочипение это, по признанию самого Льва Николаевича, многое открыл# ему и, несомненно, повлияло на развитие его взглядов. Вот что оп Говорит об этом в своей книге «Так что же нам делать?». «В библии сказано, как закон человека; «В поте лица снеси хлеб и в луках родиши чада». «Мужик Бондарев, написавший об этом статью, осветил для меня мудрость этого изречения» . » Сущность взглядов Бондарева заключалась в том, что он считал самым для человека важным, исполнение первородной заповеди Бога, мужчине; «В поте лица снеси хлеб свой», а женщине; «В болезнях родиши чада своя». Не исполнив этих первых заповедей, говорит Бондарев, нельзя исполнить и остальных. Мы еще вер- немся к описанию отношения Л. Н — ча к этому замечательному человеку, а теперь мы упомянули о нем только ря того, чтобы уяснить себе заключительную главу