b000000219

— 297 — оставляем в покое. Но если кто-нибудь из его друзей окажется опасным для госу- дарства, то мы такого отправляем в Сибирь г. «Эта последняя фраза может до некоторой степени оправдать опасения, которые- я испытывал за себя во время моего пребывания в России», заканчивает Ломброзо свой рассказ. Наконец, в октябре Л. Н — ч кончил статью «Об искусстве» и решил печатать, ее в журнале «Вопросы философии и психологии», редактируемом его другом, про- фессором Н. Я. Гротом. Об этом шли переговоры через С. А — ну и жену Грота, ко- торые были в это время в Петербурге, а Л. Н — ч в Ясной Поляне. В том же письме к С. А — не, в котором Л. Н — ч высказывает свое решение о печатании статьи «Об искусстве», он пишет о том, какое впечатление произведи на него две смерти: Генри Джорджа и Александра Дюма. Он выражает это так: «Сережа вчера мне сказал, что Генри Джордж умер; как ни странно это ока- зать, смерть эта поразила меня, как смерть очень близкого друга. Такое впечатле- ние произвела на меня смерть Алек. Дюма. Чувствуешь потерю настоящего това- рища и друга. Пыпче в «Петерб. Вед.» пишут о его, Джорджа, смерти, и даже но ; упоминают о его главных и замечательных сочинениях. Он умер от нервного пе- реутомления спичей. Вот чего надо бояться хуже велосипеда». Вскоре он услышал о новой смерти своего друга князя Сѳрг. Сем. Урусова, бывшего его товарища еще по службе в Севастополе, очень любившего его, хотя и часто обличавшего в неправославии. Мы уже упоминали об этой дружбе, рассказы- вая о посещении Л. Н — чем С. С. Урусова в его имении под Троицей. В ноябре Л. П — ч уже берется за новое литературно-художественное произве- дение, начатое им год тому назад, за кавказскую повесть «Хадаш-Мурат». Таким образом предыдущая его статья, «Об искусстве» уже отошла от его души в закон- ченном виде. Постараемся здесь в кратких словах выразить то новое воззрение па искусство, которое было положено Л. И — чем в основание его труда. В этом замечательном сочинении Л. Н — ч дает обзор различных определений и ионятий об искусстве и красоте древних и новых философов, и, подвергнув их стро- гой критике, как неудовлетворяющих современному сознанию человечества, оп дает свое об'ектиБное определение искусства: «Вызвать в себе раз испытанное чувство и, вызвав его в себе, посредством движений, линий, красок, звуков, образов, выраженных словами, передать это чув- ство так, чтобы другие испытали то же чувство, в этом состоит деятельность искусства. Искусство есть деятельность человеческая, состоящая в том, что один человек сознательно, известными внешними знаками передает другим испытывае- мые им чувства, а другие люди заражаются этими чувствами и переживают их». В этом определении, как на основной признак искусства, указывается на его- заражаемость. Разбирая далее условия, при которых возможно возникновение этой заражаемости, Л. Н — ч приходит к убеждению, что главное условие есть искренность художника. Для лучшего пояснения своего определения, Л. Н — ч дает несколько резких примеров истинного и ложного искусства; мы берем здесь наиболее интересные; вот пример из области музыкального искусства: «На-днях, — пишет Л. Н — ч, — я шел домой с : прогулки в подавленном состоянии духа. Подходя к дому, я услыхал громкое нение большого хоровода баб. Они иривет- ствовали, величали, вышедшую замуж и приехавшую мою дочь. В пепии этом с криком и битьем в косу выражалось столь определенное чувство радости, бодрости, энергии, что я сам и не заметил, как заразился этим чувством и бодрее пошел к дому и подошел к пему совсем бодрый и веселый. В таком же возбужденном состоя- нии я нашел и всех домашних, слушавших это пение. В этот асе вечер, заехавший к нам прекрасный музыкант, славящийся своим исполнением классических, в осо- бенности, бетховенских вещей, сыграл нам «ориз 101 сонату Бетховена».