b000000219

— ■271 — А так как администрация д не старалась входить в суть дела, а ограничива- лась тем, что черпала сведения из одних формальных, большею частью малогра- мотных доносов, то при этом получались самые изумительные результаты и, ко- нечно, -страдало много невинных. Одним из таких случаев был арест в Туле женщины-врача Халевияской, друга дочерей Л. Н — ча, по какому-то . доносу, за распространение запрещенных сочине- ний Толстого. Л. Н — ч был вдвойне возмущен этим поступком администрации; ему было жаль слабую больную женщину Халевиискую, никогда не разделявшую его взгля- дов и нѳ распространявшую их, и обидно за себя, главного, виновника этих «зло- вредных» сочинений, которого администрация упорно не хотела знать. Эти чувства побудили Л. Н — ча написать в апреле этого года письмо министрам, которое он адресовал .в тожественных копиях, одно — министру внутренних дел, другое — ми- нистру юстиции. В этом письме, возмущаясь поступками администрации, арестовы- вающих и ссылающих невинных людей и игнорирующих известного пм, главного .виновника преступной, по их мнению, пропаганды, Л. Н — ч указывает на себя п го- ворит: ч «Такое лицо в. данном случае я: я пишу те книги и письменным и словесным общением распространяло те мысли, которые правительство считает злом, и по- тому, если правительство хочет противодействовать, распространению этого з-ла, то оно должно обратить на меня все употребляемые им теперь меры против случайно попадающихся под его действие лиц, виновных только в том, что они имеют инте- ресующие их запрещенные книги и дают их для прочтения своим знакомым. Пра- вительство должно поступить так еще и потому, что я не только не скрываю этой своей деятельности, но напротив, прямо этим самым письмом заявляю, что я писал и распространял то книги, которые считаются правительством вредными, и теперь продолжаю писать и распространять и в книгах, и в письмах, и в беседах такие лее мысли, как и те, которые выражены в книгах. Сущность этих мыслей та, что лю- дям открыт несомненный закон Бога, стоящий выще всех человеческих -законов, по которому мы все должны не враждовать, не насиловать друг друга, а напротив, лю- \ €ить и помогать друг другу, должны поступать с другими так же, как хотели бы, чтобы другие поступали с нами. ' ' «Эти-то мысли вместе с вытекающими из них практическими выводами я и выражал, как умел, в своих книгах,: и стараюсь теперь еще яснее и доступнее выра- зить в книге, которую я пишу. Эти- же мысли я высказываю в беседах и в письмах, которые я пишу знакомым и незнакомым людям. Эти самые мысли я выражаю те- перь и вам, указывая на те, противные закону Бога жестокости и насилия, которые совершаются чинами вашего министерства». В конце письма справедливо предполагая, что несмотря на его дерзкое письмо министры все-таки побоятся его взять, он со свойственной ему наивностью ста- рается успокоить их, что им за это ничего не будет, он говорит так: «И не думайте, пожалуйста, чтобы я, прося обратить против себя меры наси- лия, употребляемые против некоторых моих знакомых, предполагал, что употребле- ние таких мер против меня предоставляет какое-либо затруднение для правитель- ства, что моя популярность и мое общественное положение ограждают меня от обысков, допросов, высылок,- заключения и других худших насилий. Я не только не думаю этого, по убежден, что если правительство поступит решительно против меня, сошлет, посадит в тюрьму, если приложит еще более сильные меры, то это пе представит никаких особенных затруднений и общественное мнение негтолько не возмутится этим, но большинство людей вполне одобрит такой образ действия и ска- жет, что давно уже пора было это сделать» 1 ). Но и это пе убедило министров; Л. Н — ча все-таки оставили в покое и про- 1 ) Посмертные сочинения Л. Н. Толстого. Т. XX. Стр. 146 и след.