b000000219

- 206 - «Прекрасна жизнь эта тем, что, во-нервых, обрывая одну нуту, более свя- зывающую и более крепкую, тем идешь вперед к освобождению, — ив этом радость. «Но не в этом все дело, и оглядываться на это нехорошо н не должно. Глав- ное в том, что за одно с этим обрыванием пут и медленным задерживанием движе- ния, чувствуешь, что этим самым, своим личным умом делаешь другое дело, — дело установления Царства Божия на земле. И лучше такой жизни я ничего не желаю и не придумаю желать» 1 ). Л. Н — ч пробыл в Бегичевке дней 10. Видно по письмам, что, часто его намере- нию поехать куда-нибудь для осмотра столовых мешали метели, эту зиму необыкно- венпо сильные. Были рассказы о замерзших, занесенных снегом. Эти метели и эти рассказы навели Л. Н — ча на мысль написать рассказ «Хозяин и работник», кото- рый он и закончил в следующем году. Он проехал на неделю в Ясную и в начале марта был уже в Москве. Оттуда он пишет Черткову письмо, в котором дает новое интересное резюме христианства, о чем его просил его друг. «В кратчайшей форме смысл учения Христа: «Жизнь моя — не моя — - не может иметь целью мое благо, а Того, Кто послал меня; и цель ее — исполнение Его дела. И только через исиолнение Его дела я могу подучить благо. «Вы это знаете; по для меня это так важно, так радостно, что я рад всякому случаю повторять это» 2 ). Весь март и апрель Л. Ы — ч прожил в Москве, занятый, главным образом, окон- чанием своей книги «Царство Божие внутри вас». Он так был погружен в это дело, что за это время имеется очень мало его писем. Он писал свою книгу с таким увле- чением и страстностью, что за это время запустил работу в других областях своей жизни, особенно в области семейных обязанностей п в области нравственной работы, над самим собой. И вот, когда он отослал последние листы этой книги переводчи- кам, когда вместо этого всепоглощающего литературного труда осталось пустое ме- сто, сознание упущений в других областях его жизни предстало ему во всей своей силе, и он ужаснулся. Этот ужас перед тем, что он по своей жизни так далек от того идеала, который он так ярко освещает в своих . .произведениях, и мысль о том, что самое писание мешает его движению к идеалу, прекрасно выражается в письме к его молодому другу, Николаю Николаевичу Ге, сыну художника, откуда мы и делаем несколько значительную выписку. Письмо это написано в половине мая 1893 года. Л. Н — ч был тогда в Москве, а молодой Ге жид тогда вблизи своего отца, на хуторе і! Черниговской губернии и занимался крестьянскими работами. «...Заключение свое кончил и послал и, как человек, уткнувшийся в одну точку и не видевший ничего кругом, оглянулся и возмутился и уныл. Сколько оши- бок сделано мною и непоправимых и вредных для детей, соблазняющих их. И как я был и продолжаю быть плох — одаб. Дорожите, милый друг, своим положением. Цените его. Если вам кажется иногда, что вы стоите, то это оттого, что вы слиш- ком ровно течете туда, куда надо. Какой след оставит ваша жизнь, когда, где? не знаю. Но добрая жизнь оставит большой добрый след, и чем наземетнеѳ он вам, тем вернее то, что он есть. А я так знаю, что жизнь моя дурная, вижу вредный след, который она оставит, и не переставая страдаю. Может быть, страдание оставит след. Дай Бог, от этого я не плачусь на «его. Очень уже многого от меня требуется теперь после всех сделанных мною ошибок: требуется, чтобы я жил постоянно про- тивно своей совести, подавал примеры дурной жизни, лжи и слышал бы и читал !) Полное собрание сочиненпи Л. Н. Толстого. Том XXII. Под вел и с прпмечаніияши П. И. Бирюкова. Стр. 123. 2 ) Архив В. Г. Черткова. ' - " , ■