b000000219

— 192 — мы видим, что под руководством Л. Н — ча в 4-х уездах (Епифановском, Ефремовском, Данковском и Скошшском) действовало 246 столовых для взрослых и 124 для детей; в них кормилось 13.000 взрослых и до 3.000 детей. В этом же осеннем отчете Л. Н — ч так определяет положение народа: «На вопрос об экономическом положении народа в нынешнем году я не мог бы с точностью ответить. Не лог бы ответить потому, во-первых, что мы все, занимавшие- ся в прошлом году кормлением народа, находимся в положении доктора, который бы, быв призван к человеку, вывихнувшему ногу, увидал бы, что этот человек весь боль- ной. Что ответит доктор, когда у него спросят о состоянии больного? О чем хотите вы узнать? — переспросит доктор. — Спрашиваете про ногу или про все состояние больного? Нога ничего, нога простой вывих — случайность, но общее состояние не- хорошо»., «Но и кроме того я не мог бы ответить на вопрос ,0' том, каково положение па- рода: тяжело, очень тяжело или ничего? потому что мы все, близко жившие с наро- дом, слишком пригляделись к его понемножку все ухудшавшемуся и ухудшавшемуся состоянию. «Если бы кто-нибудь из городских жителей пришел в сильные морозы в избу, топленную слегка только накануне, и увидал бы обитателей избы, вылезающих не с печки, а из печки, в которой они, чередуясь, проводят дни, так как это единственное средство согреться, или то, что люда сжигают крыши домов и сени на топливо, пита- , ются одним хлебом, испеченным из равных частей муки и последнего сорта отрубей, и что взрослые люди спорят и ссорятся о том, что отрезанный кусок хлеба не доходит до определенного веса на восьмушку фунта, или то, что люди не выходят из избы, по- тому что им не во что одеться и обуться, то они были бы поражены виденным. Мы же смотрим на такие явления, как на самые обыкновенные. И потому на івоирос о том, в каком положении парод пашей местности, ответит скорее тот, кто приедет, в наши места в первый раз, а пе мы. Мы притерпелись и уже ничего не видим». И, наконец, Л. Н — ч делает ко всему отчету такое заключение: «Так что же? Неужели опять голодающие? Голодающие! Столовые! Столовые! Голодающие! Ведь это уже старо и так страшно надоело. «Надоело вам в Москве, в Петербурге, а здесь, когда с утра до вечера стоят под окнами иди в дверях, и нельзя но улице пройти, чтобы не слышать одних и тех же фраз: «Два дня не ели, последнюю овцу проели. Что делать будешь? Последний конец пришел. Помирать значит?» и т. д., — здесь, как ни стыдно в, этом признаться, это уже так наскучило, что как на врагов своих, смотришь на них. «Встаю очень рано; ясное морозное утро и с красным восходом; снег скрипит па ступенях; выхожу на двор, надеюсь, что еще никого нет, что я успею пройтись. Но нет; только отворил дверь, уже стоят двое: один высокий, широкий мужик в ко- ротком оборванном полушубке, в разбитых лаптях, с истощенным лицом, с сумкой через плечо (все они с истощенными лицами, так что эти лица стали специально мужицкие лица). С ним мальчик лет 14, без шубы, в оборванном зинушнпке, тоже в лаптях и тоже с сумой и палкой. Хочу пройти мимо, начинаются поклоны и обыч- ные речи. Нечего делать, возвращаюсь в сени. Они всходят за мною. — «Что ты? — Е вашей -милости — Что? — Е вашей милости. ■ — - Что нужно? — ■ Насчет по- собия. — Еакого пособия? — Да насчет своей жизни! — Да что нужно? — С голода помираем. Помогите сколько-нибудь. — Откуда? — Из Затворного». Знаю, что это скопипская нищенская деревня, в которой мы еще пе успели открыть столовой. От- туда десятками ходят нищие, и я тотчас же в своем представлении причисляю этого человека к нищим профессиональным и мне досадно, что и детей они водят с собой и развращают. «Чего же ты просишь? — Да как-нибудь обдумай нас. — Да как же я обдумаю? Мы здесь не можем ничего сделать. Вот мы приедем». Но он не слушает меня. И начинаются опять сотни раз уже слышанные одни и те же, кажущиеся мне притворными речи: — «Ничего не родилось, семья 8 душ, работник я один, ста- руха померла, летось корову проели, на Рождество последняя лошадь околела, уж я, куда ни шло, ребята есть просят, отойти некуда, три дня не ели!». Все это обыч-