b000000219

— 143 — жить с теми, которые живут с избытком, чем с теми, которые живут с лишениями, Устраивайте, да поскорее, я , буду дожидаться внизу. «Ох, ох. Ложь-то, ложь как в'едась. Ведь что нужно, чтобы устранить это? Они думают, чтобы всего было много, и хлеба, и табаку, и школ. Но ведь этого мало. Константин ленится. Чтобы устроить, мало материально все переменить, увеличить; надо душу людей переделать, сделать их добрыми и нравственными. А это не скоро устройте, увеличивая материальные блага. 0 «Устройство одно — сделать всех добрыми. А чтобы хоть не рделать это, а со- действовать этому, едва ли не лучшее средство — ■ уйти от празднующих и живущих потом и кровью братьев, и пойти к тем замученным братьям». «Не едва ли, а наверно». Литературной работой Л. Н — ча того времени были две главные вещи: статья об искусстве и науке и статья о «непротивлении злу», как он называл сначала свое будущее сочинение «Царство Божие внутри нас». Начало статьи об искусстве было давно уже набросано Л. Н — чем по просьбе Гольцева. Потом Л. Н — ч остановился в этой работе и черновики ее хранились у В. Г. Черткова;. Вероятно, по просьбе кого-нибудь из редакторов Л. Н — ч снова взялся за иее, попросив Черткова прислать начало. 2 января 1891 года Л. Н — ч между прочим пишет ему: «Нынче же получил рукопись об искусстве и просмотрел ее, не касаясь. Каза- лось бы, что воздержавшись от попыток углубления и раз'езжания в сторону, можно бы привести ее в порядок, что и постараюсь сделать как можно скорее». Но вскоре он отказывается от этой мысли и пишет: «Получил «об искусстве» и начал работать на этом. Все углубляется и раз- растается. Я не даю хода и надеюсь ограничить и кончить. Но в таком виде невоз- можно». И работа эта снова откладывается, в феврале он уже пишет между прочим Черткову: «Посылаю тоже мое писание о науке и искусство. Хочу па время не развле- каться и отдать все свои слабеющие силы статье о непротивлении злу. Все думается, что она нужна, нужнее всего другого. О пауке и искусстве я писал более для^себя, а то иногда кажется, что для Бога». Этому своему писанию он придавал действительно первенствующее значение. Около того же времени он писал своему другу Марье Александровне Шмидт, ж ив шей тогда на Кавказе:, «Я много занимаюсь писанием. Пишу очень медленно, переделываю бесчисленное число раз и іне знаю, происходит ли это оттого, что ослабели умственные силы, в чем дурного ничего нет (только бы способность любви росла), или оттого, что предмет, о котором пишу, очень «а/жѳн. Предмет все тот же: необходимость для люден нашего времени принять на деле учение Христа и что из этого будет». Порой его охватывало страстное желание художественной работы. И он спешил делиться этим чувством с Софьей Андреевной, зная, что доставит, ей этим большую радость. Так, он писал ей в январе того же года: «...Как бы хорошо писать, роман, освещая его теперешними взглядами... «...И так .мне весело и бодро стало (от мысли о художественном писатель- стве); но пришел домой, взялся за науку и искусство, и запнулся». Работа над этими двумя статьями подвигалась медленно. Л. Н — чу сначала не удавалось найти форму; это беспокоило его, а самое беспокойство указывало ему на признак, тщеславия, и он в дневнике своем записывал такие покаянные строки: «Сейчас и нынче, как и все дни, сидел над тетрадями начатых работ о науке п искусстве, и о непротивлении, и не могу приняться за них; и убедился, что это трех. Оттого,, что я хочу, чтобы было то, что я хочу и как я хочу, а не то, что Он, и как Он хочет. Праздность физическая оттого, что прямо не -в силах, праздность