b000000219

— 130 — «Многие из тех мыслей, которые я высказывал в последнее время, принадле- жат не мне, а людям, чувствующим родство со мной ж обращающимся ко мне со своими вопросами, недоумениями, мыслями, планами. «Так, основная мысль, скорее сказать, чувство «Ерейцѳровой сонаты» при- надлежит одной женщине, славянке, писавшей мне комическое, по языку, письмо, по значительное по содержанию об угнетении женщин половыми требованиями. Потом она была у меня и оставила сильное впечатление. «Мысль о том, что стих Матфея: «если взглянешь на женщину с вожделением» и т. д. , относится не только к чужим женам, но и к своей, передана мне англичани- ном, писавшим это. И так много других» ^ Отношения к «Ерейцеровой сонате» были самые разнообразные. Для Л. Н — ча это отчасти бы® пробный камень -для распознания людей, и в рѳвнике он записы- вает такую мысль: «Думал по тому случаю, как' некоторые люди относятся к «Ерейцеровой со- нате». Им кажется, что этот некто особенный человек, а во мне, мол, нет ничего подобного. Неужели ничего не могут найти? «Нет раскаяния, потому что нет движения вперед, или нет движения вперед, потому что нет раскаяния. Раскаяние — это пролом яйца или зерна, вследствие ко- торого зародыш и начинает расти и подвергается воздействию воздуха и света, или это последствие роста, от которого пробивается яйцо. «Да, то же важное и самое существенное деление людей: люди с раскаянием п люди без него». С большой радостью встречал Л. Н — ч сочувствие взглядам, выраженным в «Ерейцеровой сонате». Так, он писал между прочим Хилкову: «Меня очень обрадовало то, что «Ерейцерову сонату» вы одобрили, т. -е. также думаете. Мысли, выраженные там, для меня самого были очень странны и неожи- данны, когда они ясно пришли, мне. И иногда я думал, что не оттого ли я так смотрю, что я стар. И потому мне важно суждение людей, как вы.. Теперь я на- писал к этому послесловие — его от меня требовали многие — Чертков в том числе, — т.-е. ясно п определенно выразить, как я смотрю на брак. И нынче я кончил и о бывшим у меня датчанином-переводчиком отослал это послесловие в- Петербург. Я его пришлю вам и мне опять интересно ваше мнение». Сам Л. Н — ч не считал нужным это послесловие н уступил просьбам друзей, скрепя сердце. Он пишет между прочим одному молодому человеку, выражавшему ему со- чувствие: «Очень рад буду прочесть то, что вы писали о моем рассказе. «Я на-дпях написал к этому послесловие, которое оказалось необходимым на- писать: так уж смело притворились люди, что они не понимают того, что там на- писано». И на первое предложение Черткова об этом он отвечал отказом. Вот что он писал ему: «В памяти у меня, главное, ваши заметки на мою повесть. Все совершенно верно, со всем согласен, но послесловие хотя и начал писать, едва ли напишу, и по- тому место о том, что идеал человечества есть не плодовитость, а исполнение за- кона достижения Ц. В., совпадающего с чистотою и воздержанием, это место надо оставить, как есть. Мне тяжело теперь заниматься этим, да и просто не могу, тІ8ипс1ег8іапг1пізз'ов не минуешь». В окошательйом виде, но с некоторыми пропусками, по требованию цензуры, «послесловие» было напечатано в журнале Грота «Вопросы философии и психо- логии». і ) Архив Черткова.