b000000219

XVI кончить свою работу, выполнив таким образом задуманный план. Дай бог, чтобы эта работа моя хоть сколько-нибудь послужила к уяснению той великой истины, служению которой посвятил свою жизнь наш дорогой, великий старец, истины о том, что жизнь человека есть не что иное, как возращение в себе роотка любви к богу и людям и ко всему живущему. С. Ивановское, 24 июля 1909 г. / Эти страницы введения, как показывает дата, были написаны мною шесть лет тому назад, при начале работы над Ш-м томом. За эти шесть лет утекло много воды, много было пережито великих, тяжелых и грозных событий. Я здесь кос- нусь только тех из них, которые могли так или иначе повлиять на ход моей ра- боты. Я оставляю раньше написанное так, как оно было, потому что оно дает вер- ную картину моего настроения и моих намерений при начале работы. 7-го ноября 1910 года перешла в вечность великая душа, жизнь свою поло- жившая на искание истины, на осуществление в своей жизни той доли ее, которая была доступна ей и на. раснростршюіше вокруг себя и на весь человеческий мир того света, которого она была скромной носительницей. Как ни крепился я, как ни старался метафизическими умозаключениями от- странить от себя чувство потери, я этого сделать не мог и горько плакал у его гроба и теперь плачу, когда пишу эти строки. Признаю свою слабость, свою ничтожность. Боюсь впасть в никому ненужное самобичевание и потому ие при- бавляю себе других эпитетов. Я чувствую горе от этой потери, потому что только в редкие, лучшие минуты жизни могу чувствовать близость его духа; для этого нужно быть чистым, а я далек от этого, и нечистота моя мешает мне единению с ним. Но и на том дальнем расстояшиіи, на которое отодвигает меня мое несовершенство, я питаюсь той духовной пищей, которую он в таком изобилии оставил нам. И ч верю в наше полное духовное единение, когда то, что теперь мешает нам, устра- нится тем или иным путем. Да простит мне читатель это лирическое отступление. Дело в том, что послед- ние дни жизни Л. Н — ча, обстоятельства его кончины необыкновенно расширили биографический материал, и вместе с тем с окончанием этой замечательной жизни наложили на меня обязанность довебти до конца начатое мною дело описания этой жизни. Все это привело к тому, что мне пришлось разделить имевшийся в моем распоряжении материал уже не на три, а на четыре тома. Гранью третьего и чет- вертого томов я избрал эпоху, когда Л. Н — ч паписал и издал свой роман «Воскре- сение*. Последующие затем события, его отлучение, болезнь, война, революцион- ное движение, его юбилей и кончина— все это достаточно оттеняет эпоху, чтобы дать право посвятить ей отдельный четвертый том. Если в первом томе я дал очерк происхождения Л. Н-^-ча и его молодость, во втором — описание его мирной семейной жизни и его художественного творчества, задержавших, скопивших его духовную энергию, которая прорвалась, наконец, че- рез все преграды и ознаменовала его духовный кризис, то третий том дает нам картину его долгой, 15-тидетней деятельной жизни на новых началах; картину его борьбы с миром, историю развития его влияния на русское и заграничное обще- ство, образцы его новою творчества и обширной общественной деятельности этого периода на общее благо. Вполне сознаю, что собранный мною, координированный и коментированный материал преподносится читателю почти в сыром виде. Па более тщательную обра- ботку его у меня не хватило сил. Пусть сделают это другие. Я полагаю, что и в этом виде моя работа стоит издания и должна возбурть интерес в тех, кому до- рого имя Л. П — ча. - . Я сказал виачале, что материала у меня было много. Следуя прежней системе, я его снова разделяю па три отдела. 1-й отдел— первоисточники: рукописи, днев- ник, письма самого Л. П — ча и его собрание сочинений как появившихся в печати,