b000000219

у — 82 — Первый экземпляр нового издания и был послан вам. Расширив круг читателей катехизиса, братство остановилось на том соображе- нии, которое и вы высказываете в письме вашем. Редакторская неумелость может повредить делу. Враги истины придерутся к малейшей неточности, чтобы осудить все, говорите вы. Сознавали это и мы, и заручившись согласием вашим с основами учения Иисусова братства, мы приступаем с главной нашей просьбой: исправьте, Лев Николаевич, замеченные вами в катехизисе неточности и натянутость и обеспечьте тем успех распространения истины. Брат ваш. Д. Р. Кудрявцев». Новый Буг. Хере. губ. 1 ). Д. Н — ч, получив этот катехизис, очень радовался тому, что мысли его проникли в народ. Но исправлять его он не взялся. Он боялся, чтобы работа эта не завлекла его и не отвлекла от работ более самостоятельных. В постоянной переписке с Чертковым Л. Н — ч часто высказывал ему глубокие мысли по различным жизненным вопросам. Чертков обладал особенною способностью вызывать Л. Н — ча на изложение своих мыслей, ставя ему различные вопросы. Из писем этого времени мы выбираем наиболее интересные, которые характеризуют ду- ховный облик Л. Н — ча этой эпохи его жизни. Л. Н — ча нельзя было назвать пропагандистом своего учения. Он мало заботился о распространении своих взглядов, но твердо верил в силу света истины. Об этом он так писал Черткову: «Если уже говорить о воздействии на других, о чем я не должен думать и не стараюсь думать, то я всегда об одном бессознательно стараюсь, чтобы направить зрение людей на вечное одно солнце, а самому отскочить; а видеть, что меня считают за солнце не из скромности (тут не может быть и речи об этом), а из стыда и жало- сти и омерзения к себе, всегда при этом испытываю мучительное чувство. Как резать что-нибудь липкое, и к ножу прилипает, и вместо резания выходит какая-то пута- ница грязная. Вот то же и когда своя личность липнет к этому ножу или скорее нож нечистый, загрязненный своею личностью и вместо того, чтобы счищать — гряз- нишь» 2 ). Около этого времени В. Г. Чертков задумал составить свод мнений более близких друзей о понятии «Бог». Он обратился и ко Л. Н — чу с просьбой дать свое определе- ние, и Л. Н — ч так ответил ему в. письме: «Ну, смотрите же, понимайте с полуслова и не требуйте определений, и не при- дирайтесь к словам. Бог для меня это то, к чему я стремлюсь, то, в стремлении к че- му и состоит моя жизнь, и который поэтому и есть для меня, но есть непременно та- кой, что я его понять, назвать не могу. Если бы -я его нонял, я бы дошел до него и стремиться бы некуда было, и жизни бы не было. Но, что кажется противоречием, я его понять и назвать не могу, а вместе с тем знаю его, знаю направление к нему, и даже из всех моих знаний это самое достоверное. Не знаю его, а вместе с тем мне всегда страшно, когда я без него, а только тогда не страшно, когда я с ним. Еще страннее то, что знать его больше и лучше, чем я его знаю, теперь, мне теперь, в мо- ей теперешней жизни и не нужно. Приблизиться мне к нему можно и хочется, и в этом моя жизнь, но приближение нисколько не увеличивает и не может увеличить моего знания. Всякая попытка воображения о том, что я познаю его (нанр., что он Творец, или милосерд, или что-нибудь подобное) удаляет меня от пего и прекращает мое- приближение к нему. Еще страинев то, что любить по-тетшцему, т.-в. больше 1 ) Архив П. И. Бирюкова. 2 ) Архив Черткова.