b000000216

34 УЧЕНЫЙ зписки гнѣвъ и немилость. Цензоръ задумалъ, если не совсѣмъ за- браковать мою книгу, то, по малой мѣрѣ, задержать ее, по- прижать. Я былъ поставленъ въ непріятное положеніе: экзем- пляровъ предъидущаго изданія оставалось немного, а присту- пать къ новому, не дождавшись цензурнаго разрѣшенія, было дѣломъ рискованнымъ. Подумавъ, я рѣшился прибѣгнуть къ посредничеству Я. И. Ростовцева, въ то время бывшаго въ большой силѣ. И вотъ Давыдовъ, волей-неволей, хотя-нехотя долженъ былъ исполнить мое желаніе. Просматривая возвра- щенный мнѣ экземпляръ, нѣтъ ли какихъ замѣчаній или пе- ремѣнъ, я съ изумленіемъ остановился на отрывкѣ изъ „По- хвальнаго Слова" Карамзина Екатеринѣ Великой. Извѣстно, что въ этомъ словѣ авторъ обращается къ читателямъ съ воззваніемъ: „Сограждане!" И что же? Это воззваніе вездѣ было зачеркнуто, какъ нѣчто запретное. Нельзя было удер- жаться отъ смѣха при мысли, до чего довела свою боязли- вость цензура: даже Карамзина чуть-чуть не причислила къ поклонникамъ революціи. При свиданіи съ Давыдовымъ я признался въ моемъ изумленіи. — „Чему жъ тутъ изум- ляться?" отвѣчалъ онъ спокойно и равнодушно. „Въ настоя- щее время (1853 г.) и французы не смѣютъ говорить „сопсі- •коуеп". Дѣлать было нечего, реставрировать опальное слово не дозволялось, и вотъ изъ 20 слишкомъ изданій моей „Рус- ской Христоматіи" въ шестомъ (т. I) похвальная рѣчь Ка- рамзина Екатеринѣ такъ и осталась безъ соіражданъ, благо- даря перевороту, учиненному въ Фрапціи Наполеономъ Ш" 1 ). О способахъ И. И. — ча воздѣйствовать на графа С. С. Уварова, знаменитаго наслѣдника по молодому богачу „Лу- ') А. Галаховъ, «Исторія одной книги», стр. 566—367, «Историче- «кій Вѣстникъв, г. 12-й. т. 44, 1891 г.. іюнь. ст. II.