b000000216

222 УЧЕНЫЙ ЗАПИСКИ бы помѣститъся на одномъ этоыъ диванѣ". Разговоръ шелъпри Государѣ" '). Замѣтимъ, что эхо было въ эпоху ожесточеннѣй- шаго гоненія на славянофиловъ со стороны цензуры и Ш-го отдѣденія. Ненависть графа не смолкала даже предъ холодною крышкою гроба и въ виду сырой могилы. 26 декабря 1846 г. умеръ извѣстный поэтъ, русакъ, патріотъ, славянофилъ— Николай Михайловичъ Языковъ. Ше- выревъ почтилъ его память статьею, и вмѣстѣ съ тѣмъ онъ желалъ посвятить ему первую свою публичную лекцію; но въ этомъ встрѣтилъ неожиданное препятствіе. „Не могу не пере- дать тебѣ", писалъ онъ Погодину, — „того горькаго, стѣснен- наго чувства, которое я испыталъ сегодня у Строганова, Пріѣзжаю къ нему просить позволенія посвятить мою первую лекцію при возобновленіи курса— памяти Языкова и разбору его стихотвореній . — „Нельзя, это будетъ неумѣстт " . — „Умеръ поэтъ, котораго оплакивать будутъ Жуковскій и Вяземскій, котораго цѣнилъ Пушкинъ. Я, какъ нрофессоръ словесности, прошу Васъ о томъ, чтобы Вы мнѣ позволили сказать пуб- лично о заслушхъ литературных^ этого человѣка. — „Умеръ, — ну такъ его и похоронили (зіс). (Странный цинизмъ въ устахъ аристократа, графа С. Г. Строганова). Я не могу этого по- зволить. Это будетъ ргёсёсіепі. Послѣ этого пойдутъ рѣчи и панегирики въ университетѣ. Этого никогда не бывало". — „Нѣтъ, прежде всегда бывало. Это — наша обязанность." — „Я нахожу это неприличнымъ. Къ тому же послѣднія шесть лѣтъ онъ быдъ въ оппозигфЛ " — ,, Графъ, я не понимаю этого слова въ Россіи. Его не должно быть, какъ нѣтъ и понятія". — „Помилуйте, я запрещаю самъ его стихи". — „Еакіе? „На памятникь Карамзину"? — напечатаны!" — •„Нѣтъ, не объ тѣхъ, а другіе. Словомъ, я не желаю этою" . (Всегдашняя замашка ') Сообщеніе 11. Бартенева, тамъ же, стр. 304—305.