b000000216

ПРИДОЖЕШЕ 203 улучшеніяыи по университету. (Не забудемг, что А. И. Герцена Строгановъ считадъ человѣкомъ своего круга и, разумѣется, не сталъ бы предлагать ему мѣсто „Еонстантинопольскаго. посла"). Опт, меня принялъ очень хорошо. Наговорилъ меѣ кучу Еомплиментовъ и скорымъ шагомъ дошелъ, до чего хотѣлъ. „Жаль, что Вамъ нельзя побивать въ Москвѣ, Вы не узнаете теперь университетъ; отъ зданія и аудиторій до профессоровъ и объема преподававія, все измѣнилось", нпошелъ, ипошелъ. Я очень скромно замѣтилъ, чтобы показать, что я вни- мательно слушаю, и не пошлый дуракъ, что, вѣроятно, пре- подаваніе оттого такъ измѣнилось, что много новыхъ профес- соровъ возвратилось изъ чужихъ краевъ. — „Безъ всякаго сомнѣнія", отвѣчалъ графъ, „но сверхъ того духъ управленія: единство, знаете, моральное единство".., Бпрочемъ, отдадиыъ ему справедливость: онъ своимъ „моральнымъ единствомъ" больше сдѣлалъ пользы универси- тету, чѣмъ Земляника — своей больницѣ „честностію и поряд- комъ". Университета очень много обязанъ ему, по все же нельзя не улыбнуться при мысли, что онъ хвастался этимъ передъ человѣкомъ, сосланеымъ подъ надзоръ за политическіе проступки. Вѣдь это.стоитъ того, что человѣкъ, сосланный за политическіе проступки, безъ всякой необходимости поѣхалъ по зову генералъ-адъютанта. О Русь! что же тутъ удиви- тельнаго, что иностранцы ничего не понимаютъ, глядя на насъ! Второй разъ я видѣлъ его въ Петербургѣ, именно въ то время, когда меня ссылали въ Новгородъ. Сергѣй Гри- горьевичъ ж,ил'ь у брата своего, министра впутреннихъ дѣлъ. Я входилъ въ залу въ то самое время, какт, Строгановъ вы- ходйлъ. Онъ былъ въ бѣлыхъ штанахъ и во всѣхъ своихъ регаліяхъ, лента черезъ плечо; онъ ѣхалъ во дворецъ. Увидя меня, онъ остановился и, отведя меня въ сторону, сталъ рас- прашивать о моемъ дѣлѣ. Онъ и его братъ были возмущены безобразіемъ моей ссылки.