b000000216

200 УЧЕНИЯ ЗАПЙСЕИ добродушін въ графѣ Строгановѣ я никогда не подмѣтилъ; кажется, это человѣкъ сухой, эгоистъ, аристократъ и систе- матикъ. Гимназіи при графѣ Строгановѣ находились въ удовле- творительномъ пололіеніи, потому что онъ занимался ими еще больше, чѣмъ университетомъ. Онъ имѣлъ строгій над- зоръ за употребленіемъ казенныхъ денегъ. и при немъ тра- тить ихъ попусту для правленія было гораздо труднѣе. Выбирать людей онъ не имѣлъ способности, и выборы его большею частью были не только неудачные, но даже пе- лѣпые. Напримѣръ, я въ началѣ, при хоропгехъ еще съ нимъ отношеніяхъ приставала, къ нему о порученіи Бенелину сло- венскихъ нарѣчій, а онъ доставилъ ему мѣсто инспектора въ Екатерининскомъ женскомъ институтѣ, къ чему онъ былъ со- вершенно неспособенъ. Послѣ онъ представилъ туда Браш- мана, который одной своею фигурою, поселясь въ воображе- ніи молодыхъ дѣвушекъ, долженъ былъ, кажется, испортить нѣсколько поколѣній, имѣющихъ отъ нихъ произойти. Въ Воспитательный Домъ онъ представилъ Армфельда, также не очень пригоднаго по своей распущенности и лѣноети. Въ Дворянскомъ Институтѣ Ржевскій, провинившійся въ другомъ отношеніи, въ типографіи Грековъ не оправдали его ожиданій. Въ университетѣ графъ Строгановъ не умѣлъ отличить искренней преданности наукѣ отъ шарлатанства и своеко- рыстныхъ цѣлей. Отчуждение его отъ меня смѣю считать несчастіемъ для русскаго просвѣщенія, ибо, оставаясь посредникомъ между имъ и миаистромъ^ — съ полнымъ знаніемъ дѣла. усердіемъ и безпристрастіемъ я могъ бы принести много пользы. Обвиню и себя, что не хотѣлъ сдѣлать ни малѣйшаго себѣ насилія и шелъ всегда напроломъ. Надо бы пожертво-