b000000214

70 «О, не безпокойтесь. . . Г. иностранецъ не нонимаетъ, — онъ думаетъ что-нибудь дур- ное... а это женихъ и невѣста, ну а она, какъ молодой плющекъ и увивается вокругъ него». Да, эти сцены освящены здѣсь обычаемъ и вошли въпдоть и кровь нѣмцевъ; обы- чаи-же эти создали даже особый родъ искуства, съ которымъ вы можете иознакомиться изъ дешевыхъ гравюръ, украшающихъ бѣдные дома и иодъ которыми подписано ^«се- мейное счастіе», «удовольствіе нутешествія» и т. н. Но еслд путь длинный, такъ и же- лаешь, чтобы это счастіе было менѣе нубличнымъ. То же сентиментально - приторное отношеніе замѣтно и во всѣхъ разговорахъ объ отечествѣ. «О, мое любимое отечество!» восклпцаетъ безпрестанно каждый нѣмецъ, и этой фразой начинается множество нѣмещшхъ проиаведеній, какъ нрозаическихъ, такъ и стихотворныхъ. Слово «фатерландъ» несходитъ съ устъ ни у пьянаго, ни у трезваго. Каждый знаетъ, что можно и безъ сентиментальныхъ заявленій страстно любить свою родину, и что нубликація какихъ бы то ни было чувствъ часто вполнѣ основательно за- ставляетъ сомнѣваться въ ихъ подлинности. Но нѣмцы не только на словахъ, но и на дѣлѣ доказали свою привязанность къ родинѣ, хотя иногда и довольно одностороннюю. Тѣмъ не менѣе привычка говорить о своихъ чувствахъ доказываетъ наклонность къ из- лишнпмъ словоизліяніямъ, отсутствіе скромности въ выраженіи такихъ чувствъ, гово- рить о которыхъ люди другихъ націонааностей считаютъ ихъ нрофанаціею. • Страсть нѣмцевъ къ печатнымъ объясненіямъ съ публикою, безъ которыхъ можно совсѣмъ обойтись, или который нужны далеко не въ такихъ размѣрахъ, — доведена до комизма. «Въ углу этого дома собака лаетъ», вдругъ читаете вы дощечку съ надписью на калиткѣ сада. «Уваженіе къ запертой двери» читаете вы надпись нередъ запертою дверью, въ которую и безъ того никто не войдетъ. Нередъ клѣткой звѣрей нѣкоторыхъ зоодогическихъ садовъ надписи, въ родѣ слѣдующихъ: «я кусаю», «я кусаю и лягаю», — если одно животное, если нѣсколько «мы кусаемъ и лягаемъ». О каждой, самой ничтолі- ной статуѣ, вы найдете подробное описаніе въ путеводителѣ. Въ трактирахъ и пивныхъ садахъ, на стѣнахъ, въ стихахъ и ирозѣ изрѣченія о иользѣ нива, вина, длиннѣйшія нредостереженія не ломать стульевъ, не мять цвѣтовъ, и все это такъ подробно, и не- нремѣнно съ желаніемъ сказать остроту, которая обыкновенно выходитътяжеловѣсною. Мы уже и въ ирежнихъ очеркахъ говорили о грубости и драчливости нѣмцевъ, нужно однако замѣтить, что эти черты характера никогда не доходятъ у нихъ до же- стокости: глава семейства тонаетъ ногами на жену изъ-закаждаго лишняго гроша, счи- таете долгомъ держать себя въ семействѣ неограниченным!, властелиномъ, строгъ до придирчивости и педантизма къ дѣтямъ и женѣ, строго слѣдитъ за дисциплиной въ до- мѣ, но даже между низшими слоями торговаго и мелкаго люда онъ не проявляетъ же- стокости нп въ отношеніи къ своимъ дѣтямъ, ни въ отношеніи къ женѣ. Правда, когда онъ неумѣренно предается національному напитку, особенно въ общественныхъ собра- ніяхъ, онъ пускаетъ въ ходъ свои кулаки и палку, но это очень рѣдко случается въ семёйствѣ, отчасти потому, что онъ больше всего любнтъ пить пиво въ обществѣ, отча- сти потому, что между своими домочадцами онъ поддерживаетъ такую строгую дисцип- лину, что развѣ только въ исключительныхъ случаяхъ кто-нибудь осмѣлится ему нро- тиворѣчить. Многіе нолагаютъ, что дикая, необузданная натура нѣмца еще чаще выходила-бы изъ границъ, еслибы ея не смягчала музыка, къ которой каждый чувствуетъ большую склонность и имѣетъ болынія способности. Правда, часто во время лучшихъ музыкаль- ныхъ копцертовъ иногда вдругъ начинается потасовка, такъ что приходится прибѣгать къ помощи полиціи, но, повторяемъ, не будь развиты въ нѣмцахъ музыкальный чувства, дикіе порывы давали бы себя чувствовать, вѣроятно, еще болѣе необузданно. Въ Герма-