b000000214

275 только немногіе изъ нихъ занимаются мелкими ремеслами и совсѣмъ не работаютъ на фабрикахъ. Изъ всѣхъ оконъ перваго этажа свѣшиваются болынія связки старыхъ нлатьевъ, такъ что въ Юденгассе, какъ нодъ балдахиномъ, идешь црдъ изношеннымъ тряньешъ, вывѣшеннымъ на дверяхъ лавченокъ, помрачаю щимъ даже свѣтъ солнца, если только оно вздумаетъ когда нибудь сюда заглянуть. Такимъ образомъ, не безиокоимые жарою, не тревожимые экипажами, которые никогда не заѣзжаютъ сюда, евреи зани- маютъ съ утра до вечера все пространство этой улицы вдоль и нонерегь, такъ что посторонній едва можетъ пробиться между ними. Площадь Св. Стефана — сердце стараго города. Здѣсь сосредоточены наиболѣе бле- стящія кофейни, банкирскія конторы, лучшіе портные, отсюда, наконецъ, во всѣ пред- мѣстья отправляются омнибусы. Тамъ, гдѣ поворачиваютъ съ илошади Стефана къ Грабену, у дома № 3 (уголъКертнерштрассе), стоитъ прикрѣнленный къстѣнѣ пень, са- жени въ полторы или двѣ вышиной, охваченный по стволу широкою желѣзною полосой съ висячимъ замкомъ. Сверху до низу пень этотъ покрытъ до такой степени часто вби- тыми гвоздями, что издали кажетъ точно онъ одѣтъ стальною корою и теперь въ него нельзя уіке вбить болѣе ни одного. гвоздя: это и есть знаменитый «Зіоск іш Еізеп» (иень въ желѣзѣ). Объ этомъ пнѣ существу етъ безчисленное множество иреданій, разсказовъ, легендъ. Нѣкоторые утверждаютъ, что до самаго этого ння простирался Вѣнскій Лѣсъ, и что онъ, въ давно прошедшія времена, былъ первымъ деревомъ предъ воротами Вин- добоны. Другіе думаютъ, что онъ служилъ въ древности календаремъ, п каждый вновь вбитый гвоздь означалъ годъ, подобно тому, какъ это было въ древнихъ городахъ Эт- руріи. Но самое распространенное преданіе по этому поводу слѣдующее; въ половинѣ ХТ столѣтія жилъ въ Вѣнѣ слесарь Эргардъ Марбахеръ. Однажды, одному изъ своихъ учениковъ, по имени Мартыну, онъ далъ порученіе принести глины, которую тотъ дол- женъ былъ достать за городской заставой. Прп этомъ хозяинъ строго наказалъ ему возвратиться домой къ ночи. Но по дорогѣ Мартынъ встрѣтплъ товарищей, заигрался съ ними и забылъ о приказаніп хозяина. Вдругъ раздался звонъ колокола: это означа- ло, что въ городѣ начинали тушить огни, а вмѣстѣ съ тѣмъ запирали ворота заставы. Юноша въ отчаяніи уналъ на землю и сталъ горько рыдать: онъ былъ увѣренъ, что за эту провинность хозаинъ выгонитъ его изъ мастерской, и онъ въ самыхъ мрачныхъ краскахъ рисоваіъ себѣ будущее. Вдругъ передъ нимъ явился худой какъ скелетъ мужчина, съ черными усами, съ остроконечной бородкой, въ шаночкѣ съ краснымъ пе- ромъ, въ длинномъ , волочившемся по землѣ плащѣ. «Не плачь», скааалъ онъ Мартыну, подавая золото: «нозвони этимъ металломъ, и ворота отворятся передъ тобой » . — « Чѣмъ могу отблагодарить я васъ?» снросшгь обрадованный юноша. — «Ты долженъ завѣщать мнѣ свою душу», отвѣчалъ незнакомецъ и, чтобы выманить согласіе, онъ обѣщалъ ему иснолненіе всѣхъ его желаній. — «Хорошо», отвѣчалъ тотъ посдѣ долгой борьбы, «душа, моя достанется вамъ, но только въ такомъ случаѣ, если я хотя одпнъ разъ въ жизни пропущу воскресную службу». Червонцы дали возможность Мартыну очутиться во время въ своей мастерской. Чрезъ нѣсколько дней послѣ этого незнакомецъ появился въ слесарнѣ Марбахера и просилъ его сдѣлать такой замокъ, который никто на свѣтѣ не былъ бы въ состояніи открыть. Хозяинъ уже хотѣлъ отказаться отъ заказа, какъ всталъ Мартынъ и вызвался его исполнить. Однако онъ очень долго трудился надъ замкомъ, но ничего не выходило. Какъ-то, послѣ продолжительной работы, онъ задремалъ и увидѣлъ во снѣ множество самыхъ разнообразныхъ замковъ. Привязан- ный къ одному изъ нихъ ярлыкъ гласилъ, что одпнъ графъ заказалъ его волшеб- нику для дверей башни, въ которую онъ заключплъ свою нелюбимую жену. Тутъ же впсѣлъ и ключъ. Мартынъ скоппровалъ механпзмъ. Когда онъ проснулся, то