b000000214

268 пумеиты, древнія сооруженія являются намъ здѣсь наглядною лѣтоппсыо прошлаго. Блестяще экипажи, роскошные магазины, оживленное движеніе въ улицахъ, все сви- дѣтельствуетъ объ пстинноцарскомъ дворѣ, о богатой и изящной аристократіи, сохра- нившей еще рыцарскіе нравы. Вѣна средоточіе племенъ и оборотовъ, соединительное звѣно между Германіей и Востокомъ; Бёрлинъ ничему не служитъ центромъ- это не средоточіе чего-либо, а просто каска». Вообще трудно найти два города, какъ Берлинъ и Вѣна, имѣющихъ между собою такъ мало общаго. Рѣзкое различіе между этими городами бросается каждому съ перва- го взгляда: въ характерѣ построекъ, въ жизни и нравахъ населенія, въ расноложеніи города, въ уличномъ оживленіи. ВъБерлинѣ нужно знать только названіе улицы и ну- меръ д ома, чтобы отыскать личность, которая вамъ нужна. Въ Вѣнѣ этого слишкомъ мало. Каждый вѣнскій домъ имѣетъ свои особенности и нерѣдко своими громадными и длинными корридорами и проходными дворами представляетъ настоящій лабириитъ. Въ Вѣнѣ легко заблудиться, не только зная нумеръ дома и улицу, но лѣстницу и этажъ въ которомъ живетъ отыскиваемое лицо. Внѣшняя сторона вѣнской жизни несравненно болѣе блестящая, чѣмъ въ Берлинѣ, гдѣ она, прежде всего поражаетъ разсчетливостыо а нодчасъ скаредностью и скопидомствомъ. Такое же различіе между жителями той и другой столицы; паселеніеВѣны, благо- даря многовѣковой смѣси славянскихъ, романскихъ, германскихъ и другихъ элементовъ отличается здѣськакою-тоособенной, необыкновенно пріятной для иностранца, предупреди- тельностью, любезностью, веселою беззаботностью. Въ Берлинѣ васъ отталкиваетъ холод- ность, всегда угрюмое расположеніе духа и натянутость его жителей, формализмъ и солдат- чина, которую вы встрѣчаете всюду. Вѣнскіе нѣмцы не имѣютъ ничего общаго съ герман- скими; они всегда веселы, находчивы, въ высшей степени остроумны, внимательны къ пностранцамъ, всегда вѣжливо предупредительны съними. Если вы обратитесь въВѣнѣ къ кому нибудь за объясненіемъ или справкой, вамъ дадутъ всевозможныя указанія окажутъ всевозможныя услуги и притомъ сътакимъ видомъ, будто еще вы оказали имъ большое одолжепіе. Послѣ неуклюжихъ, пестро одѣтыхъ жительницъ Берлина, дамы Вѣны поражаютъ своею миловидностью, граціею и элегантностью. Въ Берлинѣ совсѣмъ нѣтъ жизни кофеенъ; кондитерскія этой столицы, сравни- тельно съ вѣнскими,— жалкія, душныя, тѣсныя, скудно снабженныя газетами помѣще- шя. Между тѣмъ въ большинствѣ вѣнскихъ кофеенъ встрѣчаешь даже роскошь; большія комнаты прекрасно меблированы, опытная прислуга, масса газетъ, не говоря уже о чрезвычайно вкусномъ кофе п печеньи. Для берлинца большой разсчетъ зайти лишиій разъ въ кондитерскую; вѣнецъ непремѣнно каждый день посѣщаетъ кофейню проводитъ въ ней нѣ сколько часовъ, пьетъ кофе, куритъ, болтаетъ съ посѣтителями, играетъ съ ними въ билліардъ и въ шахматы и оставляетъ ее не раньше, какъ пересмотрѣвъ цѣлую груду разлнчныхъ газетъ. Берлинецъ читаетъ лишь одну газету; вѣнецъ ежедневно пе- речитываетъ ихъ множество и еще большее количество иересматриваетъ- по своей на- турѣ онъ необыкновенно жаденъ до новостей. Не менѣе разлпчія между этими двумя столицами и въ климатическомъ отношеніи ; Вѣна лежитъ въ болѣе южномъ климатѣ, чѣмъ Берлинъ, солнце въ ней грѣетъ несрав ■ пенно теплѣе, и этимъ послѣдпимъ обстоятельствомъ можно отчасти объяснить болѣе жи- вой характеръ вѣнцевъ, ихъ болѣе подвижной темпераментъ. Еакъ горные склоны вѣн- скаго лѣса покрыты растительностію, которая представляетъ переходъ отъ сѣверпой сосны къ итальянскому пинію, такъ и въ жизни вѣнцевъ есть уже черты характера на- родной жизни по ту сторону Альпъ. Сѣверный человѣкъ долженъ все самъ создавать, п