b000000211

45-8 Ш Ш таетъ только шумъ волнъ, ударяющихся объ утесы, шелестъ деревьевъ да крики хищ- ныхъ птицъ. Норвежцы, живущіе около Христіаніи, избрали своимъ мѣстопребываніемъ самую живописную мѣстность . Лилль -Фрогнеръ, съ возвышенныхъ пунктовъ котораго видѣнъ весь городъ, море и заливъ, усѣянный островами и разнообразными судами. Близь Лиляь-Фрогнера находится Боргенъ, а далѣе материкъ не заселенъ на довольно боль- шое пространство. Недалеко отъ Лилль -Фрогнера и Боргена возвышается знаменитая между норвежцами гора Рингрингъ. Какъ объ этой горѣ, такъ и объ ея сосѣдкѣ — высокой и обрывистой горѣ Гаартколь, ходитъ въ народѣ множество поэтическихъ преданій. Въ хижинѣ каждаго норвежца вы услышите объ этихъ горахъ или разсказъ. или балладу, или пѣсню, которую поетъ дѣвушка, сидя за прялкой. Норвежскій маль- чикъ такъ много слышалъ въ дѣтствѣ объ этихъ горахъ, что выросши онъ нерѣдко дѣлаетъ большой крюкъ, чтобы попасть въ Христіанію, а оттуда отправиться посмо- трѣть на эти знамевитыя горы. Въ настоящее время это самое модное загородное мѣ- сто, на которомъ происходятъ всѣ публичныя гулянья и увеселенія. Если вы нѣ- сколько дней пробыли въ Христіаніи и ни разу не побывали па Рингриигѣ, васъ даже служителя гостинницы съ удивленіемъ спрашиваютъ, какъ вы могли утерпѣть, не побывавъ на знаменитой горѣ. Гора Рингрингъ покрыта старыми, густыми соснами и пересѣкается на двѣ части расщелиной, въ которой сверкаетъ большое озеро, а за нимъ тянется равнина, по обыкновенію окаймленная цѣпыо холмовъ, покрытыхъ дремучими лѣсами. Одна изъ возвышенностей этой горы называется Кофильдомъ (1ѵ {' ісісі — коровьимъ прыжкомъ). Однажды, говоритъ народное преданіе, близь этого мѣста жила бѣдная вдова, иму- щество которой заключалось въ одной коровѣ, которую она и берегла, какъ зеницу ока. Вдругъ однажды видитъ она на одной изъ возвышенностей Рингринга свою корову, преслѣдуемую огромнымъ медвѣдемъ. Вотъ, вотъ медвѣдь настигнетъ свою жертву. Бѣдная старушка бросается на колѣни и горячо умоляетъ Бога спасти ея сокровище:. Ея молитва услышана: въ то время, какъ она произносила нослѣднія слова, корова сдѣлала съ вершины утеса отчаянный, но ловкій скачекъ, очутилась у ногъ своей колѣнопреклонениой хозяйки и начала вокругънея прыгать и радостно мычать. Голод- ный медвѣдь, не желая упустить корову, послѣдовалъ ея примѣру; но онъ разбился въ дребезги объ гранитные обломки, валявшіеся у подножія. Старуха весело привела домой свою корову и продала шкуру медвѣдясъ большою выгодою. Съ этого' дня утесъ, съ котораго прыгнула корова, стали называть Кофильдомъ Съ Гаартколемъ народное преданіе связываетъ еще болѣе поэтическія восиомина- нія. На вершипѣ этой горы, какъ сказываетъ народъ, нѣкогда стоялъ замокъ, въ ко- торомъ жилъ ярлъ съ своею единственною дочерью Сири-Сарою. Описывая ея необык- новенную красоту, норвежцы не скупятся на краски. «Никогда еще солнце Скандина- віи не согрѣвало своими лучами такой красавицы. Только утренняя заря могла поено: рить съ нею своею свѣжестью; одно развѣ майское небо было голубѣе и привѣтливѣе • ея чудныхъ глазъ... Ни одному сѣверному скальду, въ самой длинной, сладкозвучной пѣснѣ не удалось высказать , сколько доброты, кротости и любви выражало ея лицо'. Каштановыя кудри красавицы служили покровомъ ея дѣвической стыдливости, губки алѣли, какъ самые рѣдкіе кораллы, и въ ихъ изгибахъ блестѣли зубы, какъ рядъ са- мыхъ отборныхъ жемчужинъ. Царевца скучала въ уединенномъ жилищѣ своего отца. Чтобы развлечься, она какъ серна прыгала съ камня на камень, часто спускалась въ долину и порхала по ней легче птички, веселая, беззаботная, возбуждая зависть цвѣ- товъ, съ восторгомъ преклонявшихъ передъ нею свои дивные вѣнчики». Однажды во