b000000211

323 отпускаетъ вмѣстѣ съ дикими. Онѣ улетаютъ съ ними въ далекія страны, кладутъ яйца, выводить дѣтенышей и на слѣдующій годь ириводятъ цѣлыя стаи своихъ друзей и итен- цовъ къ знакомому, богатому пищею пруду, и такимь образоиъ нредаютъ ихъ въ руки смотрителя. Другихъ же оставляютъ на искуственномъ озерѣ съ двоякою цѣлыо: нѣко- торыя изъ нихъ летаютъ иіз низменнымъ мѣстностямъ и на берегу моря, смѣшнваіотся съ дикими и ириводятъ ихъ тоже въ западню. Остальныя остаются на озерѣ и своимъ крикомъ заманиваютъ пролетающія стаи. Дикія утки дружно плаваютъ съ ручными на искуственномъ озеркѣ, которое во время лова совсѣмъ бываетъ покрыто ими. Въ тѣхъ мѣстахъ, гдѣ изъ озера выходятъ каналы, сторожъ выбрасываетъ кормъ; ручныя утки жадно бросаются туда, дикія слѣдуютъ за ними, Сторожъ при этомъ должень болѣе всего опасаться, чтобы птицы его не увидѣли и не почуяли, такт, какъ дикія утки обла- даютъ превосходнымъ чутьемъ и постоянно на сторожѣ. Поэтому для лова назначают!, только тѣ каналы, которые расположены нротивъ вѣтра, чтобы его испаренія уносились отъ озера. Кромѣ того онъ постоянно держитъ въ рукѣ маленькій горшечекъ пылающаго торфа, чтобы уничтожить собственныя испаренія. Съ этимъ горшечкомъ, нанолнеинымъ тлѣющимъ торфомъ, онъ никогда не разстается и потому похожъ па движущійся дымо- вой столбъ. Болѣе всего поражаютъ при этомъ тонкость обонянія утокъ и сила испареній чедовѣка , который на разстояніи двухсотъ шаговъ безъ всякаго шума и движенія мо- жетъ спугнуть цѣлыя стаи. Во время лова берега озера и каналовъ уставлены кулисами изъ деревьевъ, черезъ маленькія отверстія которыхъ охотникъ наблюдаетъ за всѣми дви- жеиіями утокъ. Охотникъ можетъ подойти къ каждому мѣсту канала, незамѣченный утками. Прежде всего онъ тихонько ползетъ между двумя кулисами къ устью канала н сыплетъ тамъ немного ячменя. Ручныя утки, привыкшія получать кормъ, тотчасъ нрн- плываютъ и ѣдятъ, а дикія снѣшатъ за ними. Сторожъ прокрадывается теперь за слѣ- дующія кулисы и также выбрасываетъ ячмень. Съ крикомъ плыветъ за ним-ь стая въ нѣсколько дюжинъ. Когда таким-ь образомъ онъ ихъ завлекъ до нослѣдней кулисы, гдѣ каналъ дѣлаетъ новоротъ, онъ съ шумомъ выходитъ позади ихъ. Ручныя утки, которыя его знаютъ, не пугаются; онѣ смѣло новарачиваютъ пазадъ и обратно плывутъ въ озеро, дикія, напротивъ, бросаются въ каналъ, который все болѣе с-ьуживается и надт, кото- рымъ протянута сѣть. Толкая другъ друга, онѣ наконецъ попадаютъ въ мѣшокъ, нрп- крѣпленный на концѣ ящика. Охотникъ быстро ноДскакиваетъ къ нимъ, стягиваетъ мѣ- шокъ, снимаетъ его и убиваетъ одну утку задругой, свертывая имъ шеи. Для этого тоже нужна большая сноровка; нужно не дать имъ кричать, чтобы не напугать остальныхъ па озерѣ и поскорѣе покончить съ ними. Не прошло и получаса, охотникъ только успѣлъ покончить съ добычей, какъ ручныя утки опять захотѣли поѣсть н опять предательски привели съ собою къ каналамъ иѣсколько сотенъ своихъ друзей. Охотникъ повторяетъ тотъ же маневръ, и такимъ образомъ, въ нродолженіи дня, ому удается наловить отъ 800 до 1,000 утокъ. Сторожа разсказываютъ, что дикія утки такъ пугаются человѣка, который внезапно появляется передъ ними, что, нотерявъ голову, безъ всякаго звука, бросаются впередъ, по если, что случается здѣсь очень рѣдко, одна изъ нихъ закричитъ, всѣ находящіяся на озерѣ обращаются въ бѣгство. Впродолженіи охоты ихъ ловятъ отъ 20 до 30 тысячъ; отсюда их-ь разсылаютъ въ сосѣднія мѣстности, а также въ Коненгагенъ и въ Гамбургъ. Отправляя въ дальніе города, ихъ маринуютъ въ уксусѣ и укладываютъ въ бочки. Главная охота па утокъ на Фризскихъ островахъ происходитъ отъ половины августа до конца сентября. Можетъ показаться странным-ь, что на утокъ охотятся только во время их-ь пере- лета съ сѣвера на юг-ь, т. е. осенью, и даютъ имъ возможность свободно возвращаться весною съ юга на сѣверъ. Это дѣлается по многимъ причинамъ; осенью бываетъ много 21*