b000000211

192. сильнѣе "бьется его сердце, тѣмъ бодѣе охватываетъ его ужасъ за будущее. Огромное мрачное пространство, въ которомъ онъ очутился, едва освѣщенное слабо-мерцающими лампами, не даетъ ему ничего разсмотрѣть. Но черезъ нѣсколько минутъ глаза уже при- выкаютъ къ темнотѣ. Впереди и позади тянутся узкіе корридоры. Гдѣ-то вдали неболь- шое пространство рудника освѣщено болѣе яркимъ огнемъ, и тѣни какихъ-то странныхъ существъ то появляются на стѣнѣ, то снова исчезаютъ въ ночномъ мракѣ. Съ трудомъ передвигая ноги, онъ подвигается все впередъ и впередъ, и на каждомъ шагу ему попа- даются какія-то рытвины, какіе-то камни. Между тѣмъ нужно идти, держась какъ можно прямѣе: чуть наткнешься на стѣну, — пребольно расшибешься о каменную, хо- лодную и сырую глыбу. Съ потолка торчатъ тоже холодные, сырые камни. Кругомъ тишина, какъ въ могилѣ, прерываемая какимъ-то глухимъ гуломъ впереди, звонкими и рѣзкими ударами молота, журчаньемъ воды, трескомъ и гуломъ колесъ, однообразнымъ стукомъ машинъ. Чу! что это?, страшный ударъ, точно изъ какого-то страннаго испо- линскаго орудія, потрясъ стѣны этихъ подземныхъ жилшцъ. Потомъ, точно пушечные выстрѣлы , нѣсколько разъ повторяемые эхомъ, пока и они не потерялись въ отдален- ныхъ отголоскахъ. Тяжела жизнь рудокопа: онъ работаетъ цѣлый день до изнеможенія въ сырости и духотѣ, не видя свѣта божьяго, а когда доберется до своего несчастнаго жилья, уже спускаются сумерки. Такъ роются рудокопы всю свою жизнь, какъ кроты. Къ тому же при этой работѣ на каждомъ шагу смертельная опасность. Не смотря на то, что вен- тиляція подземныхъ галлерей улучшена, и теперь воздухъ этихъ норъ чрезвычайно вре- денъ. Страшный рудниковый газъ, который выходитъ изъ незамѣтныхъ трещишь, про- изводитъ взрывы и грозитъ смертью; при этомъ во всѣ стороны летятъ осколки камней и сплошь и рядомъ увѣчатъ, а то и до смерти убиваютъ рабочихъ. Когда за пластомъ угля, твердаго какъ скала, неожиданно слѣдуетъ другой пластъ, рыхлый, какъ гнилое дерево, происходятъ обвалы, которые убиваютъ рабочихъ цѣлыми десятками. Нѣкоторые проходы такъ низки, что рабочему нужно сгибаться въ три погибели, а иногда по полу- часу ползти на бріохѣ между обвалившимися обломками и прямо черезъ нихъ. Надъ его головой висятъ громадные камни, которые грозятъ обрушиться на него каждую минуту. И эту-то работу, при которой нельзя ни на минуту забыться, или отдаться другимъ мы- слямъ, рудокопы начинаютъ вести съ самаго ранняго возраста. Рабочіе въ рудникахъ дѣлятся на нѣсколько категорій, и если они поступаютъ въ рудокопы съ дѣтства, то проходятъ послѣдовательно всѣ ступени рудокопной работы. Еаменоломы выламываютъ уголь кирками и при случаѣ взрываютъ его порохомъ: ими бываютъ обыкновенно самые сильные и коренастые изъ рабочихъ. Они, часто лежа на спинѣ, разбиваютъ угольную жилу и затѣмъ собираютъ отломанные куски угля въ тачки. Второй классъ работниковъ называютъ носильщиками. Они переносятъ выло- манный уголь въ другія штольни, откуда уголь перекладываютъ на возы. Работа но- силыциковъ самая тяжелая. Телѣжки, тяжело нагруженный углемъ, они тянутъ за ве- ревки, а тамъ, гдѣ ходы низки, обвязываютъ веревки вокругъ своего тѣла и цѣлыми днями проводятъ, ползая съ этими телѣжками взадъ и впередъ на четверенькахъ или на бріохѣ. Но и тѣмъ, которымъ не приходится ползать, а просто возить, едва-ли легче, такъ каі}ъ они должны толкать впередъ телѣжку, вѣчно нагнувшись всѣмъ тѣломъ. Еще очень важный классъ работниковъ въ каменно-угольныхъ копяхъ — привратники. Они приставленны къ безчисленнымъ дверямъ и клапанамъ, и ихъ обязанность состоитъ въ томъ, чтобы запирать и отворять эти двери и вентиляціонные клапаны, когда это будетъ нужно. Привратниками обыкновенно бываютъ дѣти. Во всѣхъ рудникахъ вообще работаетъ чрезвычайно много дѣтей. Хотя по нынѣшнему закону работы на фабрикахъ