b000000208

53 На черные волосы, заплетенные въ мелкія косички и падающія на затылокъ и плечи, турчанки одѣваютъ атласную шапочку, красную или голубую, иногда же всю сплошь изъ жемчужныхъ нитокъ. Свой головной нарядъ каждая старается какъ можно болѣе украсить драгоцѣнными камнями. Браслеты, ожерелья, тяжелыя серьги состав- ляютъ любимую принадлезкность туалета не только турчанокъ, но всѣхъ восточныхъ гкенщинъ. Уже многія турчанки высшаго полета начинаютъ носить платья парижскаго покроя. Правда, и такія модницы, выходя изъ дому, все-таки накидываютъ яшмакъ и надѣваютъ фередже, но изъ подъ него у многихъ теперь уже выглядываетъ европей- ское платье. Однако трудно себѣ представить, какъ неумѣло и подъ часъ даже ко- мично подражаютъ онѣ парижскимъ модамъ! Ни законы симметріи, ни сочетаніе цвѣтовъ имъ вовсе незнакомы. Богатая турчанка, на шеѣ которой иногда одно ожерелье стоитъ 10, 15 тысячьруб., разряженная въ дорогое, модное, парижское платье, выѣз- жая съ визитомъ, вдругъ накидываетъ на плечи какую нибудь накидку, или нѣчто въ родѣ ночной кофточки изъ ситца, съ красными разводами, какую теперь у пасъ одѣ- нетъ далеко не каждая деревенская женщина. Хотя туфли теперь все болѣе замѣняютъ ботинками, но и ихъ здѣсь украшаютъ шитьемъ и драгоцѣнпыми каменьями. Однако и у турчанки въ самомъ роскошномъ, современном!, костюмѣ, вы въ болыппнствѣ слу- чаевъ аамѣчаете не только полное неумѣнье одѣться, но даже и ужасное неряшество, совершенно немыслимое въ другихъ странахъ; па дорогомъ платьѣ болтаются тесемки, которыми завязаныразныя принадлежности туалета, чулки, грязные и обтрепанные, спу- скаются на башмаки украшенные драгоцѣнными камнями и затрудняютъ походку. Мы уже зиаемъ, что жительницы гаремовъ принадлежатъ къ самымъ разнороднымъ племенамъ, тѣмъ не менѣе преобладающей типъ турчанки таковъ. Черты лица правильны и рѣзки; глаза черные, болыиіе, скулы выдаются, носъ орлиный, ротѣ, правильный, губы розовыя. Турчанки бываютъ дѣйствительно хороши, но только въ самой ранней молодости; богатыя женщины живутъ въ довольствѣ и потому съ лѣтами толстѣютъ такъ, что достигаютъ невѣроятныхъ размѣровъ. Вся жизнь турчанки протекаетъ въ крѣпко накрѣпко занертыхъ гаремахъ, среди другихъ такихъ же, какъ она затворницъ. Все воспитаніе турецкихъ ягенщинъ направ- лено къ тому, чтобы каждая изъ нихъ была весела, умѣла живо болтать всякій вздоръ, была граціозна, могла хорошо танцовать, (замѣтьте, что та же религія, которая муж- чинамъ не разрѣшаетъ пляски и считаетъ ее для иихъ предосудительною, дозволяетъ ее женщинѣ/такъ какъ самъ Магометъ часто развлекался пляскою своихъ зкенъ), од- днимъ словомъ, чтобы только нравиться мужьямъ. Понятно, что узкенщинъ, воснитан- ныхъ такимъ образомъ, не можетъ быть никакого стремленія къ какому нибудь по- лезному занятію, ни даже къ чтенію. Работы имъ тоже никакой не полагается; тотъ турокъ, который не можетъ окружить жену прислужницами и всѣмъ необходимымъ, и не беретъ себѣ нѣсколькихъ женъ. Слѣдовательно, гаремныя затворницы всегда обез- печены на столько, чтобы самимъ не работать. Но что же онѣ дѣлаютъ цѣлый день? Бездѣльничаютъ, сплетничаютъ, бранятся, возводятъ другъ на друга и бывалыя, и не- бывалый нреступленія. Когда женщины проснутся, служанки цѣлой вереницей входятъ въ ихъ спальни и цѣлое утро помогаютъ имъ въ ихъ умовеніяхъ, нритираніяхъ, расчесываніяхъ во- лосъ. Наряжаться и притираться — главная цѣль жизни турчанки, такъ какъ ея первѣйшею обязанностью но корану — прельщать и развлекать своего мужа. Лишь только окончили онѣ свой туалетъ, какъ къ нимъ входятъ служанки и вно- сятъ варенья и кофе; затѣмъ каждой изъ нихъ нодаютъ папироски, и такъ въ пустѣй- шей болтовнѣ и сплетняхъ онѣ нроводятъ съ часъ времени, послѣ чего имъ предлагав