b000000208

36 йостЬ въ пищѣ и питьѣ, не зкелать себѣ смерти, не убивать себя. Эти обязанности такъ немногосложны и нетрудны, что ихъ выполняетъ мало-мальски здравомыслящій человѣкъ. Что же касается до обязанностей по отношенію къ другимъ, — то тутъ именно и кроется самая пагубная сторона этого ученія. Магометанская религія не смотритъ, подобно христіанской, на всѣхъ людей, какъ набратьевъ, по дѣлитъвесь родъ человѣческій на двѣ категоріи: на мусульманъ и на немусульманъ. Если и тре- буется соблюдать нѣкоторыя добродѣтели въ отношеніп ближняго, то тутъ подразумѣ- ваются только мусульмане; къ немусульманамъ яге правовѣрные могутъ питать полпѣй- шее презрѣпіе, стараясь вездѣ, гдѣ возможно, истреблять ихъ огпемъ и мечемъ. «Джи- хадъ», война за вѣру, считается пророкомъ самымъ высшимъ подвигомъ. Войну про- тивъ невѣрныхъ, по ученію ислама, должно вести всегда, пока на свѣтѣ есть хоть одинъ немусульманинъ. Отъ этой войны можетъ отказываться только хромой ислѣпой. Да и они, если только не совершенно разслаблены болѣзнями, должны ходить вездѣ и проповѣдывать магометанскую вѣру. Во время войны религія запрещаетъ правовѣрнымъ уродовать плѣнниковъ, нопоз- воляетъ брать ихъ въ рабство, продавать, пользоваться ихъ имуществомъ, однимъ сло- вомъ быть полнымъ господиномъ ихъ жизни и смерти. Воровство въ Турціи чрезвы- чайно строго наказывается; но воровать и грабить у немусульманина вполнѣ допу- скается . Извѣстно всѣмъ, какимъ возмутительнымъ лихоимствомъ и взяточничествомъ от- личаются турецкіе чиновники п сборщики податей; по отношенію же къ раямъ ") они безъ церемоніи дерутъ, что называется, съ живаго и съмертваго. Въ случаѣмалѣйшаго сопротивленія со стороны этихъ несчастныхъ подданныхъ Турецкой имперіи, чиновники садятъ ихъ на колъ, а иногда съ совершеннымъ хладнокровіемъ дѣлаютъ тоже и съ другими членами ихъ семействъ; затѣмъ складываютъ на возы весь ихъ домашній скарбъ, сгоняютъ стада и все это отправляютъ къ себѣ, какъ свою собственность. Сумма, ко- торую должны были внести несчастные турецкому правительству, выплачивается, а львиная доля остается чиновнику. Такой грабежъ, разбой и убійство, учиняемый правовѣриымъ надъ немусульмани- номъ, правительство никогда не преслѣдуетъ: чиновнику нужно же собрать дань, а то, что онъ самъ понагрѣлъ себѣ руки и убилъ гяура, — не бѣда, самъ великій пророкъ повелѣлъ истреблять ихъ всѣхъ безъ исключенія. Кромѣ хищничества и разбоя, которые свободно допускаются религіей по отноше- нію къ немусульманамъ, пророкъ старается внушить еще совершенное презрѣпіе и пре- небрежете къ нимъ. Слѣдуя его ученію, турки гнушаются всякимъ гяуромъ, отвер- гаютъ все немусульманское, какъ бы оно ни было для нихъ полезно. Судопроизводство Оттоманской имперіи вообще чрезвычайно плохо устроено, но турокъ все хаки можетъ найти какую нибудь защиту у закона; самая же законная жалоба немусульманина, осо- бенно жалоба, поданная имъ на турка, большею частью только увеличиваем его вину. Турокъ грабитъ христіанина изъ своей райи, и, какъ это обыкновенно бываетъ, не тайно, а при всѣхъ, среди бѣлаго дня. Обиженный отправляется къ кади (къ судьѣ) и по- даетъ жалобу на турка. — «А свидѣтели есть?» — «Какъ же, вся деревня видѣла». — «Нѣтъ, нѣтъ — », неребиваетъ его кади, а правовѣрнаго имѣешь свидѣтелемъ? Пора лее вамъ привыкнуть къ тому, что пятьдееятъ *) Раями называются въ Турціи всѣ подданные въ имперіи немусульыанскаго исповѣданія.